Книга Позывной Омут. Чужая игрушка, страница 40 – Анна Королева

— У меня есть парень, — срывающимся голосом произношу я, как свою последнюю надежду.

Но это дает совершенно противоположный эффект.

— Парень? — Звереет Сабуров и сжимает мои плечи. — Это кто? Тот пацан Реутов? Рита, ты же понимаешь, что он для меня просто мелочь.

— Да для тебя все мелочь, Алекс, разве нет?

Я в очередной раз пытаюсь вырваться.

— Чего ты хочешь добиться?

— Только того, что принадлежит мне по праву, — Сабуров опускает руки и поднимается с кровати. — Хотя, знаешь. Хочешь строить из себя святую невинность — пожалуйста. Хочешь к своему фсбшнику — вали, но сын останется со мной. Причем законно.

Меня будто кипятком ошпаривают:

— Не посмеешь.

Сабуров издевательски скалится.

— О, еще как посмею. Я еще и в суд подам за то, что ты скрыла от меня ребенка. А сама при этом работала ночной официанткой в клубе. С кем оставался наш сын, м? С соседкой Светкой?

Я хмурюсь.

— А её ты откуда знаешь?

Сабуров ведет плечом.

— А ты думаешь откуда я адрес Реутова узнал? Она и рассказала.

— Вот сука, — невольно вырывается у меня.

Сабуров пожимает плечами:

— Вот и вся суть бабской дружбы. Как только на горизонте появляется перспективный член, так готовы глотки за него друг другу перегрызть.

— Не говори за всех, — огрызаюсь я.

— Да мне вообще на эту тему плевать. — Сабуров опускает подбородок и складывает руки на груди, делаясь еще массивнее.

— Мне важно донести до тебя совсем другое. Или ты ведешь себя хорошо и тогда остаешься со мной и с Артемом, ни в чем не нуждаясь. Или я тебя вышвыриваю к твоему Реутову и сына ты видишь только по самым большим праздникам и то, если у меня хорошее настроение. А ему самому, говорю, что мамочка его бросила ради дяди Кирилла.

— Гад! — Я бросаюсь на него с кулаками, но Алекс перехватывает мои запястья у своего лица.

— Ты кажется забыла с кем разговариваешь, Марго. Совсем от рук отбилась за последние годы. Ничего, я тебе напомню.

Голос Сабурова звучит спокойно, но мне становится страшно до ужаса.

Я знаю этот холодный безжалостный взгляд. Он не предвещает ничего хорошего.

— Ты сам виноват в том, что я сбежала…

— Тихо шепчу я и Сабуров выходит из себя.

— Я? Интересно чем? Что спасал тебя от уродов, которые в шлюху тебя превратить хотели? Что оплачивал все твои хотелки? Носился с тобой как с фарфоровой куклой? Ну, если для тебя это действительно неприемлемо, то не переживай. Сейчас я буду вести себя совсем по другому. Делать что хочу и как хочу.

Он опрокидывает меня обратно на подушку и фиксирует руки высоко над головой, вынуждая меня вытянуться стрункой.

Сердце начинает бешено колотиться, потому что я прекрасно понимаю, что за этим последует.

— Алекс, не надо, — шепчу я срывающимся голосом. — Пожалуйста.

— Запомни эти слова, — Сабуров со спокойной деловитостью, стягивает вниз и без того узкий корсет. Так что моя грудь топорщится над тканью, кажется еще более округлой и из-за чувства сдавленности становится намного чувствительнее.

— Потому что скоро ты будешь просить меня об обратном, — продолжает Сабуров.

С таким же каменным лицом, он кладет ладонь на мой правый сосок и начинает настойчиво массировать круговыми движениями и я буквально чувствую как от этого он затвердевает, а низ живота начинает стремительно тяжелеть.