Книга Попаданец и Огонек: Иные в академии, страница 29 – Нина Море

Мелани

День, действительно, сегодня получился суматошный. А начался он с моей рассеянности: я совершенно забыла об особенности Кристины, и, кажется, заставила ее ментально страдать… Как вспомню ее лицо… Ей словно воздуха не хватало, словно был сердечный приступ… Какая же я глупая, и теперь очень сильно переживаю.

Спешу по лестнице, чуть ли не роняя учебники. Я, как всегда, собираюсь на ходу, и постоянно проверяю, взяла ли все необходимое. А ведь еще нужно не поскользнуться на натертой до блеска лестнице, это я могу.

Пробегаю в сторону крыла своего факультета. И поправляю свое декольте. Вот какого арх… нет не буду ругаться… Зачем я сегодня так вырядилась, все равно ведь закрываюсь локонами. Прищуриваюсь по мере движения, останавливаясь, и различаю в конце коридора Глайса, и моментально ныряю в поток студентов первокурсников, которые освободили аудиторию неподалеку и заполняют коридор.

Ой! Кажется, кто-то из них наступил мне на ногу.

— Прости пожалуйста, я случайно, — оборачиваюсь и вижу перед собой девушку, которая тут же роняет папку с записями. Сразу бросаются в глаза жгуче-карий цвет ее радужек и отточенные манеры.

— Ничего страшного, — улыбаюсь ей, подмечая, что девушка растеряна и взволнована.

— Я Элис, Алиса… — девушка собирает свои тетради так быстро. Вспоминаю себя на первом курсе. Я была очень неловкая и всегда переживала по этому поводу.

— Очень приятно, а я…

— Мелани… — продолжает за меня Элис. — Я знаю… — как грустно вздыхает, не смотрит мне в глаза, только на рукописи в своих руках, а потом сразу же спешит меня покинуть.

Смотрю ей вслед… Странная, но от нее не исходить негатив или что-то неприятное… Только печаль и тоска…

— А вот и наша конкурсантка, — мне на плечи кладутся чьи-то руки… всего лишь на мгновение.

Оборачиваюсь и вижу перед собой Глайса.

— Сегодня буду проверять вашу работу, Мелани. Оставил ее напоследок… — по выражению лица Глайса нельзя понять, что он думает.

Но к моему счастью, он улыбается, а я выдыхаю… Но нервная дрожь успела меня пробить.

— Это была та самая итоговая контрольная, — уже улыбается дружелюбно. А у меня внутри все обрывается от понимания, что я, оказывается, писала контрольную, которая решит, еду я на конкурс или нет.

— Это очень важно для меня, — не знаю, что сказать. От переживаний, которые я не хочу показывать, опять начинаю кусать губы и поправлять волосы.

— Не переживайте, Мелани, я хоть и строг, но ценю старания и… самоотдачу, — Глайс смотрит мне в глаза так прямо, словно… — Не бойтесь… — уже улыбается шире, и я улыбаюсь в ответ, но это нервное. — Я не кусаюсь, — а теперь его руки опять на моих плечах… — Глайс, наверное, думает, что я его боюсь.

И он, конечно, прав отчасти… Хочет успокоить, но отчего-то мне сейчас неловко…

— Я решил, что проверю знания всего курса неожиданно и завуалированно… История — это такой предмет, который должен знать каждый… К нему нельзя специально подготовиться перед контрольной… Но вы знаете это, Мелани.

— Спасибо, что верите в меня, — отхожу немного в сторону. — Всего доброго, — прощаюсь с Глайсом.

Разворачиваюсь и немного притормаживаю, потому что вижу недалеко по коридору Кристину, и ее задумчивый взгляд, направленный в мою сторону… И, кажется, сторону Глайса. Уже хочу подойти к ней, но вижу, как к Кристине подбегает радостная Новали и вручает ей книги… А я сворачиваю в другую сторону… Не буду зацикливаться.