Книга Вернуть тебя. Детектив для попаданки, страница 43 – Нина Море

— А ты у нас значит… «Король беспризорников»? — вот ведь, не могла не сострить. Да еще и тон такой, игривый… Не знаю, почему я так себя веду сейчас…

— Король? — Джон театрально потер подбородок и взглянул к потолку, — скорее, «Князь», — и потянул меня в открытую дверь кабинета.

Нина Эверинд

Говорят, что рабочее место может многое рассказать о своем хозяине. О Слаге, так точно. Не зная бы его и увидев этот кабинет, я бы представила именно такого, как наш директор.

Место показывало натуру хозяина сполна. Мелочность и алчность на каждом шагу. Коробочки, папочки по алфавиту, и куча листовок для объяснительных. Все сортировано. И это, отнюдь не перфекционизм, не стремление навести порядок, уменьшив энтропию… Нет! Это, его стремление все сортировать, необходимо по одной причине — уменьшить расходы на приют и воспитанниц. Все эти списки, где было полно наших «отработок положенных часов», например каждая девочка должна в месяц отработать двенадцать часов… на кухне, в огороде, а также, уборка территории вместо того, чтобы нанять положенного нам садовника. Причем, Слаг все фиксировал по минутам. Я помню, что у него на каждом вопросе, не обязательно важном, был свой список. Положенное воспитанницам тоже было тщательно замерено Слагом. Отрезы тканей, лекарь, лекарства, предметы гигиены и быта, все было урезано. Он вел специальный блокнот, где записывал каждую копейку, потраченную на приют, на каждую воспитанницу, на каждый вопрос.

Взгляд зацепился за его расческу, лежащую на комоде, которой он, видимо, расчесывал свои редкие волосы. И ведь считал себя привлекательным.

Джон осматривал помещение и, скорее всего, у него уже сложилась более точная характеристика Слага, солидарная моему мнению о директоре.

— Слаг очень редко пускал кого-либо к себе в кабинет… Почти никогда, — нарушила я молчание, — с нами общался в классе, если что-то было нужно. Да ни у кого не возникало желания оставаться с ним наедине… Так что…

— Раньше здесь работали «благочестивые сестры»… Почему их нет теперь? — спросил Джон, просматривая бумаги Слага у него на столе.

— Он сократил им жалование… После того, как Эмили пропала… Слаг стал более скрытным. Видимо сестры его раздражали. Они хотели управлять не только нами, но и директором, — я немного рассмеялась, вспоминая, как сестры боролись за возможность все контролировать. Как упивались властью, когда нас наказывали.

— Они были жестоки… — Джон смотрел на меня, а я в этот момент вспомнила тот день, когда он вернул меня в Глемт…

Отвернулась к окну, обнимая себя руками… Пока не почувствовала, что чьи-то руки легли по верх моих, и я вздрогнула от неожиданности.

— Прости меня, Нина… — Джон обнял меня со спины, утыкаясь в макушку, — я тогда был очень глуп… и не знал реальности… Если отмотать время назад, я бы тебя ни за что не вернул…

Он говорил, а я понимала, что давно не злюсь на него… Да и тогда не злилась вовсе… там было что-то другое… Но точно не обида и злость.

— Я приходил в Глемт на следующий день, чтобы поговорить с тобой, но одна из сестер, сказала, что ты в «комнате осмысления» и наказана… — Джон выдохнул и крепче меня обнял, — а потом, когда увидел твои отрезанные волосы, прикрепленные к стенду в вестибюле… мне стало совсем жутко.