Книга Ненормальность, страница 60 – Нина Море

«Катя, я дала твой телефон тете Гале, она тебе позвонит вечером, ты ответь обязательно, уважь человека. Она поговорит с тобой. У нее была такая же ситуация, и она потом жалела, что не довела до конца…» - обрываю голосовое.

Это так не важно сейчас. Голосовые и сообщения не перестают приходить. Мне пишет уже мамина сестра, задавая вопрос «издалека»: «как жизнь?», «как университет?», «как твоя мама?», «видела, она устает сильно, приехала бы к ней на дачу…».

Не выдерживаю и отключаю телефон. Не могу на все это отвечать!

Я хочу бежать дальше… Но, почему-то останавливаюсь. Я чувствую…

Мгновение… Чтобы обернуться и увидеть перед собой…

Его!

Матвей… Он стоит напротив, недалеко, в нескольких шагах. Снимает капюшон со своей головы. Он смотрит на меня иначе, но прямо и с долей тоски… Лицо его все также без эмоционально, словно он… Неужели, он не может… Неужели, лекарства нанесли ему урон, и как-то повлияли. Какая же я дура! Я убежала, поддавшись импульсу и обиде. А о нем не подумала… Проношу все эти мысли в хаотичном вихре, а Матвей уже подходит ближе.

— Матвей? – спрашиваю, словно хочу подтверждения, что он не иллюзия. Я вижу его. Это он. Но все равно не верю…

Почему он догнал меня?

Сдерживаю себя в руках, не позволяя коснуться его. Хотя очень хочу. Матвей все так же спокоен, смотрит на меня безмятежным взглядом. А я отмечаю, что он почти такой же, как и в нашем мире. Только волосы немного длиннее, и есть небольшой шрам на щеке. Матвей выглядит лучше, чем в последнюю нашу встречу. И мое сердце ликует.

Думаю, все это, осматривая его, а Матвей все приближается ко мне, бегая взглядом по моему лицу. Останавливается на расстоянии вытянутой руки.

— Ты не была сном, - говорит Матвей, слегка улыбаясь. И эта улыбка лечит мое разбитое сердце, а я записываю эти его слова в памяти. – Белокурая девушка, похожая на ангела, среди леса и красных маков. Ты звала меня… - склоняется ниже, ближе к моему лицу, - я помню тебя, Катя… - выдыхает, сосредоточенно рассматривая мое лицо.

Жмурюсь от его слов, потому что физически чувствую, как оживаю внутри, и это невыносимо непривычно… непривычно до боли. Не знала, что от счастья можно терять связь с реальностью...

Я чувствую прикосновение к своему лицу и распахиваю глаза. Вижу заинтересованный взгляд Матвея, в котором читаю нежность. Или мне это только кажется? Но блеск в этих невыносимо родных глазах затягивает меня.

— Я все еще их вижу, - говорит спокойно Матвей. И я понимаю, кого. – Только теперь у них нет зубов, - Матвей смотрит на мои плечи, накрывая их теплыми руками, я даже не поняла, что замерзла. – Это правда?

— Что… правда?

— То, что ты сказала мне, покидая… - смотрит, кажется, с волнением. Он очень серьёзен сейчас.

Секунда, чтобы понять…

— Да… - говорю, улыбаясь. Киваю утвердительно, чувствуя, как скатываются слезы из глаз, которые тут же стирает Матвей, обхватывая ладонями мое лицо.

— И я люблю тебя, Катя, - хрипло шепчет. Наверное, нужно умереть сейчас. Но я не успеваю, потому что Матвей улыбается такой родной улыбкой и целует.

Он целует меня.

И я отмираю, отвечая ему. Прикасаюсь к его груди ладонями. Чувствую, как он укрывает меня краями своей куртки, как и тогда, в том нашем мире. Но инициатива полностью у Матвея. Слишком жадный, слишком взрослый, слишком настоящий. Я понимаю, что улыбаюсь сквозь поцелуй, прикасаюсь ладонью к его щеке.