Онлайн книга «Развода не будет»
|
Люблю, после всего, что было? После моих жестоких слов, которые он мне не простит? Мы ведь теперь вроде как квиты. Он изменил. Я изменила. И за свои слова ответ нести всяко придётся, несмотря на то, что заварил эту кашу и первым бросил мне в спину булыжник, который нанёс существенную рану, именно Ренат. В его глазах я теперь тоже “хороша”. Но также это всё может явиться для него поводом простить друг друга, раз уж косяк обоюдный, и начать всё с чистого листа. Тогда все усилия зря… — Зачем тогда..? — спросил хмурый мужчина. От него вдруг стало веять холодом айсберга в океане. В голосе зазвучала сталь, которую я слышу редко — только когда он в ярости. — Что — зачем? — решила прикинуться я “шлагном”. — Спала с ним, — припечатал он меня без обиняков. О господи, как тяжело об этом говорить с ним! Зачем я только это сказала. Выдержу ли я сама это спектакль актрисы из погорелого театра? Уже десять пожалела о сказанном. Но слово — не воробей… — Сказать тебе зачем? — усмехнулась я, стараясь соответствовать выбранной самой себе роли. — Я скажу. Чтобы отомстить тебе! — Отомстить? За что? — спросил он, вперив в меня жесткий взгляд карих глаз. Да, кажется, я его в самом деле теперь очень разозлила. Только к лучшему ли? — За то, — склонилась я к нему и сказала ему в лицо. — Что ты меня не любил. За то, что я была только копией твоей золотой Наденьки! — Не надо, Мила! — Желваки на лице Рената ходили ходуном. Он явно уже был на грани и еле держал себя в руках. Нет, бить он меня не начал бы — в этом я не сомневалась, но в том, что мой муж может устроить ту ещё Кузькину мать, тоже сомнений не было никаких. — Я же объяснил всё! — Ах, не надо? — продавливала я своё ему назло. — Как только разговор заходит о ней, ты всегда говоришь — не надо! Золотую Наденьку трогать нельзя! Нельзя её обижать, да? Только Милу можно. Можно её не держать за человека, изменять ей, называть во время секса чужим именем. Ведь Мила никто, звать её никто, никуда убежать не может, ведь на её руках больной отец, так ведь? Ты знаешь, а я согласна. Я не буду говорить о ней! Дай мне развод, и больше слова о ней не услышишь. — Хорошо. Это слово было сказано тихо, но твёрдо и чётко. А для меня словно гром среди ясного неба вдруг прогремело на всю палату, на всю мою голову, на всё моё сердце. Я повернула голову и уставилась на Рената. Он в самом деле это сказал? Я не ослышалась? Он согласился? Согласился меня отпустить? Вот так просто? Даст развод? Но… Где же радость и триумф от моей победы, чёрт возьми? Отчего же мне стало тяжело дышать? Отчего сердце закололо, словно бы мне было больно это? — Что ты сказал? — переспросила я. — Хорошо, Милана, — спокойно ответил муж. — Я дам тебе развод. Ты меня, если честно, уже достала. — П… правда? — пролепетела я, путаясь в словах и чувствах, словно в рыбацкой сети, которую сама же и сплела. Только разложила её неверно, и угодила в неё сама же. — Правда — что достала? — горько усмехнулся муж. — Пиндец как. Вали себе на здоровье. Вот сейчас мне тоже должно быть радостно, но… Чего-то не радуется. Я совсем с ума сошла? Что со мной происходит? Вот она — победа! Я так мечтала услышать эти слова. Ренат не требует вернуть деньги, просто готов отпустить. Но вместо радости сердце затопило глухой болью. Оно, словно подбитое судно, стало уходить под тёмную воду… |