Книга Игрушка на троих, страница 45 – Алика Бауэр

— Малышка, это был только разогрев, — шепчет он, приблизившись к моим губам. — Пришло время для твоего реального наказания.

Сладкий и насыщенный аромат красных роз, стоявший в комнате, проник в каждую клеточку моих легких. Еще немного и от него у меня закружится от голова. Или от спазма в мышцах, которые уже не просто ноют, а отдают болью.

Кирилл отвел меня в одну из комнат, оборудованных для приватных встреч, или, как тут называют, сессий, на втором этаже. Из-за полумрака мне ничего толком не удалось рассмотреть, кроме огромной двухспальной кровати с черным-полупрозрачным балдахином.

Нервная дрожь била по всему телу так же сильно, как в тот первый вечер, когда я повстречала их троих. Как и тогда, я не понимала, к чему мне готовится и чего ожидать.

Кир снял с себя белоснежную рубашку и, бросив на матрас, приказал переодеться и ждать его, стоя на коленях, с руками над головой.

Как только дверь за ним тихонько захлопнулась, я опасливо подошла к краю кровати, где лежали подготовленный для меня наряд.

Если его конечно можно было так назвать…

Без лишних раздумываний я принялась облачаться в нужный образ — первую в моей жизни портупею.

Разобравшись со всеми ремешками, я подняла голову и столкнулась со своим отражением в зеркале. Узкие ремни, цвета темной вишни, мягко вдавливались в тело: один прошел под грудью, второй — чуть выше, почти у ключиц, создавая легкое давление. От эластичного пояса на талии два ремешка спускались вниз, обвивая каждое бедро, словно подвязки из другой эпохи. Ощущалась каждая точка соприкосновения — прохлада пряжек у ключиц, тепло кожи под ремнями на бедрах, легкое стеснение при вдохе. Это было одновременно и ограничение, и подчеркивание каждой моей округлости.

Оставался только один элемент — его белоснежная рубашка.

Застегивая последнюю пуговицу, я продолжала наблюдать за собой в зеркале.

Как же красиво…

Мужская рубашка смотрелась на мне велико, свободно, в то время как тело Кира она облепляла практически, как вторая кожа, подчеркивая спортивное телосложение.

Кажется, что его нет уже целую вечность. Колени болят, мышцы в плечах начинает сводить судорогой, и хоть в комнате нахожусь лишь я одна, все равно не решаюсь нарушить приказ, даже оглянуться, поэтому продолжаю смотреть в одну точку.

За спиной слышаться неторопливые шаги.

— Можешь встать и снять с себя рубашку, — резко командует Кир.

Я подчиняюсь.

Ноги, налитые тяжестью, кажутся ватными. Пальцы дрожат, пока поочередно расправляюсь с каждой пуговицей. Наконец легкая ткань падает к моим ногам, оставляя меня лишь в ремешках на полностью голое тело.

— Хорошо, — он встает в нескольких шагах от меня. — Ноги на ширину плеч, руки отпустить. Сегодня ты будешь по-настоящему наказана. Ты понимаешь за что?

Мысли путаются. Не могу сразу ответить, пока смотрю на тени, что просто гипнотически играют на мышцах пресса идеальной кожи.

Сглатываю вязкую слюну, вспоминая, что делала та девушка со своим Господином.

— За то, что сбежала от охраны.

— Это не точная формулировка, — голос звучит ровно, в отличие от моего. Неужели его совсем не трогает то, как я выгляжу? — Подумай еще.

— За то, что нарушила условия Контракта.

— Молодец, — Кир подходит ближе.

Его пальцы скользят по ремешкам, что впиваются в грудную клетку и огибают полушария. Медленно, слегка задевая кожу, на которой тут же проступают мурашки. Соски показно твердеют.