Книга Вдова моего брата, страница 27 – Диана Фад

Тяну со стола жареную гренку с чесноком и запиваю ее чаем на травах. Нана что-то говорит, рассказывает, но я ее даже не слышу, думая о своем. Ян прав, я не смогу скрыть свое положение ото всех, поэтому мне нужно срочно выбираться отсюда любыми путями.

— Нана, помоги мне сбежать? — ставлю кружку с недопитым чаем на стол. — Ну ты же видишь, что я не подхожу к вашей жизни. Да и зачем я здесь нужна, если каждый будет тыкать в меня пальцем? Мне нечем тебя отблагодарить, разве что этим…

Поднимаю руки и вынимаю из ушей золотые гвоздики с небольшими бриллиантами. Подарок Тимура на свадьбу. Протягиваю Нане на раскрытой ладони, а затем силой сую ей в руку.

— Возьми, у меня больше ничего нет. Но прошу тебя, помоги мне! Я все равно здесь не останусь, найду другой способ. Ты как женщина должна меня понять. Чем быстрее я отсюда уйду, тем лучше будет для всех. Ты мне поможешь?!

— Я лучше пойду, — Нана встает из кресла, будто меня и не слышала.

— Ты же женщина, Нана, — чуть не плачу я. — Ну кого ты боишься? Мужа? Так он ничего тебе не сделает.

— Я не ослушаюсь своего мужа, — сердито обрывает меня Нана. — Ты тут чужая, тебе не понять.

— Вот именно, поэтому и прошу тебя мне помочь.

— Я уже помогла один раз, — неохотно фыркает Нана и тут же испуганно прикрывает ладонью рот.

— Что значит помогла? — тут же спрашиваю я. — Ты помогла матери Тимура?

— Я ничего не знаю!

Нана чуть ли не выскакивает из комнаты, а я обреченно смотрю на закрытую дверь. Нет, нужно выбираться самой, мне никто тут не поможет. Но я даже не знаю, куда идти?! Если по дороге, меня тут же найдут, а если в горы, верная смерть. Может, я и проживу сколько-то дней, пока меня не найдет Ян, а если нет? Я пока не готова распрощаться с жизнью, она мне нужна.

В бессильной ярости собираюсь выйти из дома и уже распахиваю входную дверь, как сталкиваюсь с Яном. Он как раз входит в дом, и я почти врезаюсь в него, вдохнув вкусный запах парфюма от его рубашки. Почему меня от этого запаха не тошнит, а? Должно же! Но нет, Ян пахнет так, что все мои рецепторы блаженствуют, а не должны!

— Куда собралась? — подхватывает меня под локоть брат Тимура и тянет обратно в дом.

— Отпусти! — пытаюсь вырваться из его рук, но он лишь усиливает хватку.

Упираюсь ногами в пол, цепляюсь руками за косяк двери, но Ян буквально отрывает меня, вталкивает в комнату.

— Ты чего творишь?! — рычит на меня.

— Отпусти меня, слышишь! Ты не имеешь права меня здесь держать! Я хочу уехать отсюда, и плевать мне на ваши обычаи, наследство и вообще на всё! Я ненавижу тебя, ненавижу Тимура, всех вас ненавижу!

У меня некрасивая истерика, где я выплескиваю всё, что накопилось за эти дни. Я кричу, плачу, обзываю Яна нехорошими словами. Подскакиваю ближе и бью его кулачками в грудь.

— Пусти, сволочь! — лягаю его по колену, отчего Ян крякает и перехватывает меня за талию, прижимая к себе.

— Успокойся, я сказал! — его приказ буквально оглушает меня, и я перестаю вырываться, лишь горько плачу, повиснув в его руках, как безвольная кукла.

Ян дает мне время успокоиться и если не смириться, то взять передышку. Затем отпускает, и я падаю в кресло, закрыв лицо руками. Слёзы никак не хотят остановиться, текут ручьями. Я не плакала со дня смерти Тимура, ни слезинки не пролила на похоронах и пока сидела рядом с телом. А теперь прорвалось, накопилось. И чувствую, что становится легче. Я будто выплакиваю все свои печали, страхи, освобождаюсь от темноты, что окружала меня.