Книга Подонки «Найди и возьми», страница 10 – Кейт Блейз

— Дела есть.

Хантер вышел у своего крыльца, захлопнул дверь и стоял под дождём, глядя, как «Бентли» уезжает. Потом достал телефон. Набрал короткий номер.

— Студентка Морган. Лив Морган. Стипендия. Живёт в кампусе, комната двести двенадцать. Заберите её сегодня. Тихо. И вези на старый склад, где мы «Мерседесы» разбирали. Чтобы она ждала меня там. И без следов и свидетелей.

Голос на том конце что-то подтвердил.

Хантер убрал телефон и зашёл в дом. Через час он уже сидел в другой машине, вёз его личный водитель, которому он доверял. Склад находился в промзоне за городом — старый ангар, который семья Рейнов использовала для дел, о которых не принято говорить вслух.

Внутри пахло машинным маслом, сыростью и ржавчиной. Горели только две неоновые лампы под потолком — холодный, больничный свет вырывал из темноты бетонный пол и старые покрышки у стен.

Она уже была здесь.

Стояла на коленях в центре ангара. Руки связаны за спиной пластиковыми стяжками. На голове — мешок. Рядом двое его людей — безликие, молчаливые, готовые исчезнуть по первому слову.

Хантер махнул рукой. Люди вышли, плотно закрыв за собой тяжёлую металлическую дверь.

Он медленно подошёл к ней. Остановился в метре. Смотрел, как она дышит — часто, испуганно, мешок на голове вздымался и опадал.

Хантер не спешил. Он любил этот момент — предвкушение. Жертва ещё не знает, что её ждёт, но уже боится. Это пьянило сильнее любого наркотика.

Одним резким движением он сдёрнул мешок.

Она зажмурилась от резкого света, потом распахнула глаза. В них плескался дикий, животный ужас. Хантер смотрел на неё сверху вниз и чувствовал... ничего. Просто досаду. Очередная тупая сука, которая решила, что может безнаказанно унижать его. Сейчас она будет плакать, просить пощады, обещать всё что угодно. Скучно.

Он присел на корточки перед ней. Взял за подбородок, поворачивая лицо к свету. Вгляделся. Обычная. Серые глаза, мокрые от слёз, дрожащие губы. Ничего особенного.

Она дёрнулась, пытаясь вырвать подбородок. Хантер сжал пальцы сильнее, специально причиняя ей боль.

— Смотри на меня, — сказал он тихо. — Ты знаешь, кто я?

Она молчала. Только смотрела на него, в глазах плескалась ненависть сквозь страх.

— Будешь молчать — хуже будет, — пообещал он. — Я задал вопрос.

— Знаю, — выдохнула она. Голос сорвался, но в нём проскочила дерзость, та, что выбесила его в столовой.

Хантер усмехнулся.

— Значит, знаешь. Тогда ты должна понимать, что происходит, когда кто-то унижает меня при всех. Тем более таким образом.

Она сглотнула. В глазах блеснули слёзы, но она не заплакала. Сцепила зубы, сжала челюсть под его пальцами. Он разочарованно выдохнул — ему так хотелось её слёз.

Хантер наклонился ближе. И вдруг почувствовал запах. Мыло. Дешёвое, какое-то яблочное, из супермаркета. И под ним — что-то ещё. Сладковатое, едва уловимое. Запах кожи, пота, страха. И что-то знакомое. Что-то, от чего в голове кольнуло.

Он на секунду замер. Вдохнул глубже.

— Твой запах кажется мне знакомым, — сказал он задумчиво, скорее себе, чем ей. — Я тебя знаю?

Она замерла. В глазах мелькнуло что-то — страх?

— Нет, — выдохнула она слишком быстро.

Хантер прищурился. Враньё. Он нутром чуял враньё.

Она дёрнулась, и он отпустил подбородок, выпрямился. Посмотрел на неё сверху вниз.