Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 539 – Юлия Фирсанова

Принцесса заметила, как жадно вслушивался поначалу, а потом поник Кэлберт, когда она начала перечислять многочисленные таланты братьев.

— Одно могу тебе сказать точно: бога-морехода у нас в семье до сих пор не водилось, а для мира Узла, имеющего выход в океан Миров, это серьезное упущение! Ты будешь полезен. С практической точки зрения знаменитый пират Кэлберт – выгодное приобретение для Лоуленда. Раскаявшегося преступника всегда можно помиловать, а другие государства, несогласные с мнением Лоуленда, попросить замолчать: несколько завуалированных или откровенных угроз, кое-где договор или компенсация – и проблема улажена. Быть самыми сильными иногда не только хлопотно, но и полезно.

— Да, но что сделает твой отец? – вздохнул пират, не думавший, что его проблемы могут решиться так легко: репутацию ужаса океана Миров не заработаешь, выращивая цветочки в оранжерее.

— Не могу утверждать с определенностью, брат. Наш отец очень умный, осторожный, тонкий и дальновидный политик, как-никак таково его божественное дарование. Папа головой работает не менее успешно, чем своей куда более знаменитой в мирах частью тела, но в делах семейных Лимбер не всегда использует лучшие качества аналитика в полной мере. Отец не менее пылок и своенравен, чем все мы. Его реакция на наше приключение непредсказуема: от яростного всплеска гнева, тихой подозрительности до громового хохота. И в значительной степени она будет зависеть от времени нашего отсутствия в Лоуленде. Но одно знай наверняка: ты мне нравишься, Кэлберт, я буду говорить в твою защиту. А мое мнение для короля Лимбера кое-что значит – если уж не как мнение любимой и единственной дочки, то как мнение богини логики, имеющей титул королевской советницы.

— А твой брат? Он, кажется, возненавидел меня с первой минуты, и не сказать чтобы совсем безответно. Его влияние на отца велико? – поинтересовался Кэлберт, подперев подбородок кулаком.

— На Лимбера невозможно влиять даже столь одаренному интригану, как Мелиор. Стоит только отцу почувствовать, что им пытаются манипулировать, и братцу придется собирать с пола свои зубы. Тебе вовсе необязательно горячо любить его, достаточно просто терпеть, со временем привыкнешь. Мелиор крайне самолюбив и мстителен; конечно, он не лучший из богов, но и с ним можно ладить, если не сталкиваться достаточно часто. Замок велик, кое с кем из родичей я встречаюсь только на официальных семейных трапезах или балах. А что касается его отношения к тебе… Это не ненависть. Принц Мелиор немного ревнует.

— Ревнует? К ублюдку? – изумился пират.

Чего-чего, а такого от надутого павлина Мелиора Кэлберт не ожидал.

— Почему бы и нет? – подтвердила богиня. – Ты красивый, сильный мужчина, не евнух, в любовных играх, насколько известно, предпочитаешь дам. А твой романтичный имидж жестокого пирата! Не так давно за завтраком он мне много порассказал о твоих «подвигах», открыто восхищаясь изобретательностью, с какой «этот ужасный пират проворачивает свои головоломные» (в любом из смыслов) «операции». Вот теперь Мелиор и беснуется, считая, что с твоим появлением его шансы завоевать мою благосклонность резко пошли вниз.

— А это действительно так? – подвигаясь ближе и нежно приобнимая Элию, бархатно замурлыкал Кэлберт.