Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 278 – Юлия Фирсанова

Джей вздохнул, в очередной раз уяснив, что Элия никогда не будет ревновать братьев к их любовницам. Это они просто из себя выходили каждый раз, когда принцесса притаскивала в Лоуленд свое новое увлечение, и не успокаивались до тех пор, пока увлечение не покидало бренный мир. Может быть, ревность была так сильна потому, что в семье шла постоянная скрытая война за внимание сестры, каждый новый претендент на ее сердце воспринимался как непосредственная угроза хрупкому равновесию, опасный конкурент. А Элия… Что ж, Элия кокетничала с братьями, иногда позволяла сорвать пару-другую поцелуев, объятий, но не больше.

Конечно, в Лоуленде никогда не считалась чем-то зазорным связь родственников-богов, особенно близких лишь по одной линии, ибо она не влекла за собой никаких негативных последствий, так мешающих людям. Зачастую братья и сестры даже вступали в брак, если считали нужным узаконить свои отношения. Но…

Джей еще раз вздохнул, прекрасно представляя себе причины, по которым его отвергали: слишком велика была вероятность свары в семье. Стоит богине оказать милость кому-нибудь из родственников, остальные просто сорвутся с цепи. Принц все понимал, знал, как стал бы вести себя сам, получи хоть кто-то из братьев то, о чем мечталось ему… Поэтому обычно потакавший всем своим прихотям бог в отношениях с сестрой старался по возможности сдерживаться. Но как подчас это бывало трудно! А иногда и почти нереально, особенно когда богиня в шутку или невзначай провоцировала его…

— И зачем тебе приспичило тащить в бордель этого мальчика? – отстраненно спросил Джей.

Его взгляд мечтательно скользил по постели, по водопаду медовых волос, по дорожке перламутровых пуговичек на спине Элии.

— Чем меньше он будет думать о своей романтической любви, изведав низменных удовольствий, тем лучше: быстрее забудет первое увлечение. Что может быть лучшим лекарством от сердечной боли, чем плотские наслаждения? Я совсем не хочу стать косвенной причиной смерти этого чистого мальчика, увлекая его в нашу опасную жизнь. Только из-за его кончины мне пятна на душу не хватало!

— Плотские наслаждения тоже не всегда помогают, – обреченно констатировал принц, уже испробовавший немало способов отвлечения, и добавил, слегка разозлившись: – Какого демона ты вообще мазалась всей этой дрянью, если ни на него, ни на жреца маскарад не подействовал?

— Но, согласись, большая часть людей им обманулась. Ты же видел, лезть ко мне стали значительно меньше. Я уже могу оставаться незамеченной, когда надо. А что касается Эверетта и жрецов, понятно, что все мои ухищрения не принесли пользы. Что человеку какие-то краски, если он видит мир по-настоящему зорко – не глазами, а сердцем и душой? Жрецам помогает могущество храма и покровительство Сил, Эверетту – суть профессии и талант. Между прочим, и наместник увидел меня, – выдала Элия сногсшибательную новость, припасенную напоследок.

— Ты хочешь сказать, что он догадывается, кто ты на самом деле? – почти испугался Джей.

— Разумеется, нет, дорогой, – поморщилась богиня. – Он скорее даже не видит, а инстинктивно, как пес, чует то, чего жаждет его душа, к чему стремится уже давно. Пусть глаза его слепы, но ей-то слой штукатурки на внешней оболочке не преграда. Пожалуй, я его серьезно зацепила.