Книга Джокеры, или Экспозиция: Родиться надо богиней. Месть богини. Буря приключений, страница 201 – Юлия Фирсанова

Порывшись в своих бездонных карманах, Джей извлек небольшой серо-голубой камешек и протянул девушке:

— Возьми маячок!

Поблагодарив его кивком головы, Элия опустила предмет в нагрудный карман рубашки. Маячки, настроенные на определенную дверь из Межуровнья, помогали дойти до нее, ориентируясь по силе, излучаемой объектом, если, конечно, сила, сбивающая с дороги, не была больше.

После этого Джей достал из резной деревянной шкатулки, стоявшей на маленьком столике в углу, витую свечку, нежно-голубые переливы которой невольно приковывали взгляд. Принц водрузил ее на серебряный подсвечник со странными рунами, выбитыми у основания, и достал из той же шкатулки длинную тонкую иглу. Ею он уколол себе указательный палец и уронил несколько капель крови в лунку у фитилька. Элия протянула принцу руку, и ее кровь смешалась с кровью брата, оросив свечу.

Джей прошептал лишь одно слово, эхом пронесшееся по комнате и отразившееся в зеркалах. Белый огонь – не пламя, а энергия жизни богов – заиграл на конце фитиля. Его отсветы озарили всю комнату. Принц накрыл свечу хрустальным куполом и перенаправил ее в кабинет короля. Пока будут жить Элия и Джей, будет гореть волшебная свеча, питаемая кровью, – единственная тонкая ниточка связи с родственниками.

Завершив ритуал, брат и сестра на мгновение застыли, прося благословения Сил и Великого Творца, скрестили на удачу пальцы и приблизились к зеркалу-входу Джея. Он отдернул легкий шелк серой занавеси, открывая невинную блестящую поверхность, единственным свойством которой, по мнению не знакомых с магией обывателей, было простое отражение предметов.

Принц произнес слова заклятия, обводя руками контур зеркала. Комнату на мгновение озарила ярчайшая вспышка первозданной Тьмы – и вот уже путешественники оказались по ту сторону привычной реальности.

— Брр! – поежилась Элия, оглядываясь по сторонам.

Темная, почти черная, словно выжженная поверхность простиралась вокруг насколько хватало глаз. Но это был не камень, не земля, а нечто гораздо более чуждое, не воспринимаемое разумом, беспросветное, как сам Мрак Бездны Межуровнья, у которой нет и никогда не было дна. Серый, отвратительно липкий туман заменял воздух. Неясные размытые силуэты – твари Межуровнья, – словно порождения фантазии безумного художника мелькали где-то на периферии зрения, невидимые, но ощущаемые всеми фибрами души.

— Да, веселенькое местечко, – бодро согласился Джей.

— Ну что ж, веди, брат. Будем надеяться, что мои амулеты чего-нибудь да стоят и как можно меньшее количество местных жителей возжаждет отобедать нами. Ведь одного тебя, такого худого и костлявого, им точно будет мало. Жаль, что не взяли с собой Кэлера, как предлагал наш мудрый папа. Он все-таки помясистее.

— Ничего, я худой, да жилистый, зубы обломают, – хищно оскалился принц.

Увидь сейчас эту «добрую» улыбку обитатели Бездны, им точно не захотелось бы пробовать бога на зубок. Если не из страха помериться силой с таким пусть некрупным, но чрезвычайно опасным созданием, так из опасения отравиться добычей.

— Утешает, – хмыкнула принцесса.

Ориентируясь в направлении очень медленно, но неуклонно возрастающей мощи, путники двинулись «вперед» по странной субстанции, носящей имя «Межуровнье», сущность которого до конца не в силах были постичь даже Силы. Или они-то постигли, но объяснить так, чтобы поняли боги, не могли.