Книга Сценарий для Любимова, страница 78 – Аксинья Карпова

Лера была первой, кто за это время взял трубку. Никогда еще я так не радовалась сестре.

— Чего тебе? Говори быстро, я занята, — протараторила Лера.

— Они меня заперли!

— Кто? Чего ты несешь?

— Фанатки Егора!

— Ты совсем что ли? У меня зачет идет, а ты прикалываешься.

— Я не прикалываюсь, Лер! Они недовольны, что Егор со мной время проводит. Решили на разговор меня вызвать и заперли. Помоги, я на седьмом этаже, — взмолилась я. Может быть Лера помнит о моей фобии?

— Да хоть на седьмом небе, — резко бросила сестра, — я говорю, зачет у меня. Сам там разбирайся.

— Но это же был твой план!..

— Мой план был в охмурении Любимова, а не в войне с другими девушками.

— Но видимо, одно без другого невозможно. Лера, мне не к кому обратиться больше. Что мне делать?

— Не знаю! Все, меня зовут, пока.

Лера сбросила трубку. Наверное, это стало последней каплей, потому как через секунду из моих глаз полились слезы. Я села на пол и зарыдала в голос. Где-то в подсознании закралась надежда, что хотя бы на мой вой кто-нибудь придет?

Точно! Меня осенило. Можно ведь позвать на помощь! А то я все телефон, телефон. Вот он — 21 век.

Я кричала, звала, но меня никто не слышал. Вымерли все что ли? Видимо, седьмой этаж особой популярностью не пользовался.

А ведь они заранее спланировали, куда меня заведут. Явно нашли место, в котором меня не найдут. И что же делать?

Я еще раз осмотрела комнату. Отчаяние, конечно, понятная реакция, но сейчас мне ничем не поможет. Еще раз осмотрев комнату, я остановила свой взгляд на окне. Нужно убрать коробки. Может быть, получится открыть окно и позвать на помощь?

Когда все коробки оказались на полу, в комнате сразу же посветлело. Я даже сначала обрадовалась. А потом подошла ближе и мои ноги тут же подкосились. Как высоко. Смотреть вниз с седьмого этажа было слишком жутко. Живот тут же свело, я закрыла глаза и стала медленно опускаться на пол. Руки дрожали, а к горлу подкатил комок. И как же я теперь позову на помощь?

Прокручивая в голове последние события, постепенно я вытесняла страх злостью. Злостью на этих дур, на Леру, которая отказалась помочь, на всех, кто не брал трубку, хоть они, по сути, ни в чем не виноваты. Злилась на Егора, что он собрал вокруг себя таких ненормальных. Злилась на саму себя, что так глупо повелась и пошла непойми куда. Что не смогла дать отпор (хоть и понимала, что я одна против толпы вряд ли бы одержала победу).

Медленно, держась за стену, я весла на ноги и вновь повернулась к окну. Дрожащими руками я потянула за ручку. Хорошо хоть ее не убрали. Я смогла открыть окно, это уже победа. Маленькая, но победа.

Стараясь не смотреть вниз, я потянулась к отрытому окну и закричала:

— Помогите! Помогите!

Никаких криков в ответ не последовало. Я заставила себя открыть глаза и все же посмотреть в окно. Там, внизу, студенты жили своей жизнью. Ходили туда — сюда по двору и явно не догадывались, что здесь, наверху, заперт человек. Наверное, меня плохо слышно. Я попыталась крикнуть громче:

— Помогите! Меня заперли! Спасите!

Я внимательно следила за реакцией людей на улице. Их, кстати, стало еще больше. Видимо, уже прозвенел звонок, сообщающий о начале большой перемены. Есть идут. Я бы тоже от обеда не отказалась.

— Помогитееееееее! — взывала я.