Книга Стирая запреты, страница 48 – Кристина Майер

Так целует настоящий мужчина.…

Прислушиваюсь к тому, что происходит в гостиной, а там тишина, но я точно знаю, что Аслан не ушел. Стоит у окна, о чем-то думая.

Преодолев несколько шагов до кровати, падаю поверх одеяла. Рубашка задирается до талии, но я и не думаю её поправлять. Кладу руку на бедро, на котором несколько минут назад сжимались пальцы Аслана. Закрываю глаза, глажу себя. Внизу живота тянет, между складками до сих пор влажно, соски болезненно ноют. От напряжения сводит каждую мышцу.

Я лежу в его постели, в его рубашке, окутана его запахом. Представляю, что Аслан рядом, что это он касается меня. Развожу ноги, прохожусь пальцами по складочкам, размазывая по ним влагу. Надавливаю на клитор, поглаживаю, сжимаю. Кусаю губы, чтобы не застонать в голос. Я так возбуждена, что оргазм буквально взрывает меня через пару минут. Переживая яркий момент, сжимаю бедра, пока тело дрожит и выгибается над постелью.

После того, как впервые поймала на себе липкий взгляд Мирона, я не трогала себя там. Он отравил меня своим интересом, заставил почувствовать себя грязной….

Донесшийся из гостиной звук удара резко смывает отголоски оргазма. Забравшись быстро под одеяло, прислушиваюсь за тем, что происходит за дверью. Шаги…. хлопок двери. Аслан оставил меня одну. Он ведь не мог меня слышать?...

Быстро уснуть не получилось. Лежала и прислушивалась к каждому шороху. Открыла окно, запустив в комнату свежий воздух. Аслан так и не вернулся, но утром на стуле я обнаружила свои чистые и сухие вещи, которые вчера забыла в стиральной машине….

* * *

— Доброе утро, — поздоровалась с Игорем Николаевичем, который в это время уже находился на ногах, пил кофе и курил у открытого окна.

— Доброе. Что так рано встала? — посматривая на наручные часы. — Могла сегодня поспать подольше, только начало восьмого, — комментирует он.

— Не спится, — пожимая плечами.

— Ну, если не спится, пей кофе, и начнем прием больных, — усмехается он.

— Больных? — не понимаю, шутит или нет.

— У командировочных сегодня спарринги, первые раненые скоро будут, — весело произносит доктор, будто подобные травмы — норма. Ну, кто я такая, чтобы спорить? — Готовь перевязочный материал.

— Хорошо, — кивнув, направляюсь в процедурный кабинет.

— Еся, — останавливает голос Игоря Николаевича. — Не флиртуй с парнями.…

— Я не флиртую, — начинаю защищаться, даже не дослушав. Меня задевает его предположение.

— И не улыбайся на их шутки, — продолжает, будто не услышал меня. — У Аслана сегодня скверное настроение, не хочу весь день отправлять дураков в травматологию, — заканчивает он, отворачивается к окну, затягивается сигаретой.

— А почему у Аслана Зафаровича плохое настроение? — не успеваю вовремя прикусить язык. Есть ощущение, что плохое настроение Аслана как-то связано со мной, и я хочу услышать подтверждение.

— Работать, Еся, работать, а не собирать сплетни, — прогоняет, не глядя на меня.

— Я и не собираю, — буркнув под нос, покидаю кабинет.

Надеваю форму, прячу волосы под медицинскую шапочку. Надеваю часы. Не думаю, что здесь мне грозит опасность, но я обещала Аслану их не снимать — и не сниму. К восьми часам у меня все готово, можно принимать «пациентов», но их нет, наверное, можно выпить кофе и даже позавтракать сходить.