Книга Японская любовь с оттенком криминала, страница 34 – Елена Анохина

— Где Олег? — мужчина в черном камуфляже толкнул ее в спину, заставив сделать шаг вперед.

Ольга оскалилась, резко развернувшись:

— Сам черт его знает!

Ее руки рванулись в сторону, пальцы сжались в кулаки — она попыталась ударить ближайшего охранника, но тот ловко увернулся. В следующий миг ее руки были скручены за спину, а чье-то колено вдавилось между лопаток, прижимая к земле.

— В подвал. Пусть остынет.

Лестница вниз была узкой, ступени — скользкими от сырости. Фонарь в руках охранника бросал на стены прыгающие тени, превращая их в извивающихся существ. Ольга спускалась, чувствуя, как холод пробирается под кожу, как воздух становится густым и затхлым.

Дверь захлопнулась.

Звук замка, щелчок засова.

Тишина.

Она осталась одна.

Бетонный пол леденил босые ноги. Ольга медленно обошла камеру — три шага в длину, два в ширину. Решетка под потолком пропускала тусклый желтый свет, которого едва хватало, чтобы разглядеть собственные руки. В углу стояло ведро. Рядом — деревянная табуретка со следами крови на ножках.

Она села на пол, прислонившись спиной к стене.

"Олег... ты знал, куда ведешь меня?"

Мысли путались. Она вспоминала его улыбку, его руки на своем теле, его слова: "Я люблю тебя". Все это теперь казалось ядом, медленно разъедающим душу.

Ольга сидела, прижавшись спиной к холодной бетонной стене, когда впервые услышала шаги. Сначала это были лишь отдаленные звуки — глухие удары ботинок по каменным ступеням где-то далеко наверху. Звук постепенно приближался, становясь четче, громче.

Шаги перемежались приглушенными голосами. Двое мужчин. Они говорили негромко, но в гулкой тишине подвала слова доносились отчетливо.

— Ты уверен, что она знает? — раздался хриплый баритон. Голос звучал устало, с легким акцентом, возможно, кавказским.

— Он бы не стал тащить ее с собой просто так, — ответил второй, более молодой голос с металлическими нотками. — Олег не тот тип, кто берет попутчиков из жалости.

Шаги стали ближе. Теперь Ольга слышала, как скрипят кожаные подошвы по бетону. Они остановились прямо перед дверью. На мгновение воцарилась тишина — должно быть, они прислушивались, проверяли, бодрствует ли пленница.

— Говорят, он спал с ней, — прошептал молодой голос, и в его тоне слышалось что-то между восхищением и брезгливостью.

— Тьфу, мразь, — фыркнул старший. — Использовал бабу как прикрытие. Типично для него.

Раздался лязг металла — кто-то проверял замок. Затем глухой стук — мужчина, видимо, прислонился к двери.

— Слушай, может, не стоит сразу жестко? — предложил молодой. — Если она не знает ничего...

— Ага, а потом Ярослав нас спросит, почему мы ее в шелковых перчатках держали, — язвительно ответил старший. Раздался звук отпирающегося замка. — Готовься. Сейчас увидим, что она за фрукт.

Ольга инстинктивно вжалась в стену, хотя прекрасно понимала, что прятаться негде. Ее сердце бешено колотилось, но она сжала зубы, готовясь к встрече. Дверь с грохотом распахнулась, и в проеме возникли две фигуры, залитые желтым светом из коридора.

Так начался первый допрос.

— Где Олег? — присел перед ней на корточки тот, что с хрипотцой в голосе, вонючее дыхание обожгло лицо. — Что он тебе рассказал?

Ольга сжала зубы.

— Я ему не верила! Он мне ничего не говорил!

Ложь вылетела легко. Она видела, как мужчина переглянулся с напарником.