Книга История "не"скромной синьоры, страница 33 – Юлия Зимина

Амалия нахмурилась. Ей не нравилось, когда её планы рушились, но аргумент про отца был железным.

— Ну хорошо, — протянула она капризно. — Но вы обещаете, что завтра навестите нас? Папенька устраивает ужин.

— Если служба позволит, я непременно буду, — уклончиво ответил я.

— Буду ждать! — она мило улыбнулась мне, глядя так, словно я кусок мяса для голодающего.

— До свидания, леди Амалия.

Смотрел, как её карета выезжает за ворота, и только когда она скрылась из виду, позволил себе выругаться сквозь зубы.

— С возвращением домой, Лестр, — пробормотал я, потирая ноющее плечо.

Внезапно перед глазами всплыл образ моей спасительницы. Женщины в простом платье со взглядом, полным живой, настоящей решимости, а не светского притворства.

«Интересно, как она там? — подумал я, разворачиваясь к дому. — Надеюсь, столица встретит её приветливее, чем меня».

Эля

Госпожа Тильда, несмотря на пышные формы и любовь к кружевным платочкам, оказалась крепким орешком. Она стояла посреди заросшего двора, уперев руки в бока, и торговалась за каждый медяк так, словно продавала не развалюху с пауками, а королевский дворец.

— Скидка? — возмущённо фыркнула она. — Милочка, да вы посмотрите на эти стены! Камень на века! А место? Тишина, покой, птички поют! Это элитное уединение, а не глушь!

— Птички поют, потому что они свили гнёзда прямо в дымоходе, — парировала я, указывая на крышу, где из трубы торчал пук соломы. — А «элитное уединение» обеспечивается тем, что сюда даже почтальон боится заходить, чтобы ноги не переломать. Крыльцо шаткое, заборную стену местами нужно перекладывать, а сколько стоит вывоз этого мусора, я даже боюсь представить.

Тильда нахмурилась, но я видела, что она дрогнула.

— Я готова снять этот дом, — продолжила я, переходя в наступление. — Но по цене на тридцать процентов ниже заявленной. И с одним условием.

— Каким ещё условием? — подозрительно прищурилась женщина.

— Мы заключаем договор аренды с правом последующего выкупа. И фиксируем цену выкупа прямо сейчас. В золоте.

Глаза Тильды округлились.

— Выкупа? Сейчас? — она нервно рассмеялась. — Дорогуша, если вы приведёте этот дом в порядок, его цена взлетит до небес! С чего бы мне фиксировать её по нынешнему, кхм, состоянию? Я не враг своему кошельку.

— А вы подумайте, госпожа Тильда, — я сделала шаг к ней, понизив голос до доверительного шёпота. — Этот дом стоит пустым два года. Два года он не приносит вам ни монеты, только убытки и головную боль. Он ветшает. Ещё одна зима без отопления и ухода — и крыша рухнет, а стены покроются плесенью. И тогда вы не продадите его даже за цену камней.

Я видела, как в её голове крутятся шестерёнки. Она посмотрела на покосившееся крыльцо, на бурьян, на мутные окна.

— Этот дом пятно на вашей репутации, — добивала я её. — Уверена, у вас не раз болела голова от мыслей, кому бы его продать, чтобы он не числился за вами. А я предлагаю вам сделку: вы избавляетесь от проблемы, получаете стабильную аренду, а через год — полную сумму продажи. Живые деньги. Гарантированные.

Она поджала губы, обдумывая мои слова. Ей явно не терпелось избавиться от этого балласта, но жадность боролась со здравым смыслом. Здравый смысл победил.

— Ладно! — махнула она пухлой рукой. — Ваша взяла. Скидка двадцать процентов, не тридцать. И цену выкупа пишем… вот такую.