Книга Первое дело фрау-попаданки, страница 23 – Валентин Денисов

— Вы впустую тратите мое время! — фыркает Пауэрс отворачиваясь, словно я произношу нечто непристойное.

Директор по-прежнему усмехается, его взгляд скользит устремлен куда-то в сторону. Я ему больше не интересна. Я понимаю, что он уже вынес мне приговор. Он решил, что я сумасшедшая, и ничто не сможет их переубедить.

Отчаяние захлестывает меня волной. Чувствую, как силы покидают меня. Что я могу сделать против этой стены непонимания? Как доказать, что я не спятила, когда он смотрит на меня, как на безумную?

— Думаю, что для вас здесь слишком много впечатлений, фрау Граумер, — заметив мое замешательство, добавляет Пауэрс. — Похоже, что выводы доктора Гринга о вашем здоровье оказалось преждевременным.

— Что… что это значит?

— Это значит, что вам пока что не стоит покидать комнату, фрау Граумер. В целях вашей же безопасности, — отвечает он. И, что самое интересное, я с ним согласна.

Иду за Пауэрсом, чувствуя себя загнанным зверем. Каждый шаг дается с трудом, словно ноги налиты свинцом. Ощущение несправедливости, смешанное с осознанием необходимости, тошнотворным комом сидит в животе. Того и смотри вывернет наизнанку.

Коридоры пансиона кажутся бесконечными. Мы идем, а вокруг царит гнетущая тишина, нарушаемая лишь тихим эхом наших шагов.

Директор идет молча. Кажется, что ему нет дела ни до кого вокруг. Кажется, что ему и до меня нет дела. Но на самом деле это не так.

— Знаете, фрау Граумер, этот пансион был основан еще в конце восемнадцатого века, — вдруг нарушает молчание господин Пауэрс, словно прочитав мои мысли. — Тогда здесь располагалось поместье одного богатого аристократа. Говорят, он был весьма эксцентричным человеком, увлекался оккультизмом и верил в существование призраков…

— Но мы ведь с вами оба знаем, что призраков не существует. Так ведь, господин Пауэрс? — уточняю на всякий случай.

— Призраки нужны, чтобы ими пугать, фрау Граумер. И именно этим и пользовался бывший владелец этого здания. Говорят, что он запугал всех в округе. Причем в первую очередь своим поведением.

— Неужели его сочли больным и решили вылечить? — предполагаю самое логичное развитие событий.

— Его застрелили, — хмыкает директор. — На охоте. По чистой случайности. Представьте себе, дурень решил сунуться туда, куда ему не следовало соваться.

— Значит, у этой истории нет морали? — даже расстраиваюсь такому завершению.

— Ну как же? — Пауэрс останавливается и поворачивается ко мне. — Мораль этой истории весьма понятна. Не стоит ходить туда, куда не стоит. Иначе можно найти неприятности.

— Звучит, как угроза…

— Ну что вы, фрау Граумер? Разве могу я вам угрожать? Я же вам добра хочу и искренне желаю вам выздоровления.

— Выходит, что я должна бояться того, что происходит вне вашего пансиона? — хмурюсь я. Это надо же так вывернуть, чтобы изобразить свое стремление помочь!

— Запомните, фрау Граумер, иногда самое страшное скрывается не за стенами этого заведения, а внутри нас самих, — качает он головой. — Иногда мы сами — единственные враги своему счастью. Но можете быть спокойны, в нашем заведении вам помогут с этим разобраться.

С этими словами мужчина открывает дверь и жестом приглашает меня войти.

— А пока вы не сумели во всем разобраться, мои сотрудники проследят, чтобы не стряслось ничего плохого.