Книга Триединое Королевство, страница 204 – Anne Dar

Она продолжает разговор, всё ещё не прикасаясь к моему вину:

— Парадокс в том, что Диандра сама жаждет уйти, не имея ни малейшего желания присутствовать в нашем пространстве.

— Святоша, – я фыркаю в свой кубок с неприкрытым презрением.

— Как тебе закон о том, что любой, кто рискнёт помочь ей бежать, поплатится за это жизнью?

— Багтасар в вопросе строения конституции никогда не был оригинален: казнь в каждом пункте Устава.

— Она не пробыла среди нас и полгода…

— И четверти года, – замечаю я. – А уже такая власть. Даже смешно, что она до сих пор не осознаёт её, особенно с учётом того, что она точно не дура.

Диалог обрывается. Нам обеим тяжело признавать превосходство соперницы – красоту ли её внешности или же остроту её ума. Однако Марен пришла ко мне не за молчанием, так что спустя время она снова подаёт голос:

— Никогда бы не подумала, что жизнь Гектора Блаукрафта закончится таким образом. Он был военным советником, я собственными глазами видела, как он обращал в кровавое месиво орды Вампов…

— Блаукрафт был слабаком. На слабаков нельзя делать ставки.

Наши взгляды встречаются. Надо же, какой бред: я и Марен Блекмур создаём союз… Должно быть, она тоже в этот момент подумала о бредовости ситуации, в которой мы оказались, потому как сказала:

— Кто бы мог подумать, что кто-то может быть пленительнее нас.

Следующее замечание я бросаю, решив опустить уточнение о том, что Таллий была гораздо красивее моей собеседницы и даже дотягивалась до моего уровня красоты:

— Аурелия была хороша.

— Была. Но с Багтасаром у неё была только одна ночь. Как и у тебя.

— Но не у тебя, Марен. Ты была с ним дольше, так ведь? – я лукаво улыбаюсь, отпивая из своего кубка.

В ответ она, конечно, промолчала. Во-первых, её ложь о том, что она якобы была с Багтасаром дважды, давно провалилась, а во-вторых… Во-вторых, ей досадно признавать, что на самом деле Багтасар в ней ничего примечательного для себя не рассмотрел: ради интереса один раз опробовал её широкий ротик, да, быть может, узкую задницу, да и успешно забыл. Она знает, что особенной красотой не наделена, и знает, что по этому пункту я откровенно превосхожу её. Как же сложно ей строить из себя что-то стоящее! Даже смешно… Бедняжка Церий прекрасно понимает, что у меня больше шансов взойти на трон, чем у неё, но считает, что лучше уж иметь в соперницах меня, нежели Диандру, которую одолеть в одиночку ей уж точно не светит. Её отчаяние не может не удручать меня…

Пересиливая себя, Марен продолжает говорить:

— Теперь у двух из трёх пришлых есть клыки – Борей и Кайя уже являют собой полноценную часть сообщества Вампиресок, – а значит, не за горами и обращение Диандры: не силой, так хитростью, но Багтасар добьётся своего – он обязательно найдёт способ привязать её к себе потуже. И начнёт он с обращения её в Вампиреску: чтобы иметь с ней больше общего, одну хищную суть… Это может означать только одно: Роксы не покинут Триединое Королевство. Они останутся здесь навсегда.

— Как нам продемонстрировали Аурелия, Скорч, Проктор, Гектор и многие до них: навсегда может быть недолгим, – мой взгляд сцепляется со взглядом собеседницы, мы наконец находим общий язык. – Багтасар наверняка скоро захочет показать Диандре все свои владения: включая обширные территории Диких Просторов. Это может произойти и до того, как он обратит её в Вампиреску. В конце концов, она оказывает ему серьёзное сопротивление… Дождёмся выхода королевского кортежа за пределы купола и тогда установим смертоносную ловушку.