Книга Его одержимость. Время вспять, страница 100 – Дилара Александрова

Как хорошо, что Астер у Глэдис!

Джудит выбежала на улицу, влетев в балетки у входа, и побежала вдоль дороги прямо в своем выпускном платье. Легкая шелковая ткань ласкала кожу при каждом шаге, ветер сушил соленые слезы, те лились и лились из глаз, мешая видеть. Где-то там, за спиной, Кассарион разрушал стены, не в силах удержать в себе боль от ее отказа.

А Джудит неслась по дороге, не зная, как собрать воедино мир, треснувший напополам.

Минуло почти три дня с тех пор, как она убежала от Даркморов. Джудит почти не выбиралась из постели, заперевшись в своей небольшой комнатке. Она накрылась одеялом с головой и тихо плакала, иногда прерываясь на тревожный сон. Никогда еще ей не было так плохо. Каждый день она прокручивала в голове слова минувших дней, поступки, взгляды… вспоминала его жалящее, оголяющее нервы признание, и горячий поцелуй, который до сих пор заставлял полыхать уголок ее губ. Иногда Джудит касалась его дрожащими пальцами, и он вспыхивал еще сильнее. Хотелось приложить лед, чтобы поцелуй не горел так сильно, но лед не помогал — Джудит пробовала много раз.

После того, как Кассарион разгромил половину дома, Даркморы пытались связаться с ней, чтобы выяснить, что именно произошло между ними. Ведь из Кассариона слова не вытянешь, и он уже умел выстроить такую крепкую ментальную защиту, что ни отец, ни мать не могли ее пробить. Да и не хотели — Кассарион был взвинчен, колок, остер, и родители решили оставить все до лучших времен, когда все остынут.

Одно было ясно — Джудит и Кассарион поссорились, да так сильно, что Даркморам пришлось менять значительное количество мебели, а еще заказывать дополнительный ремонт крыши.

Ярость Кассариона нельзя было назвать неуправляемым приступом — разрушением он как раз-таки отлично управлял, не оставив в мебели ни одной целой пружины. Металл был искорёжен и кое-где даже оплавлен, что привело Файрона в ужас. Когда боевая телепатия может делать такое — ничего хорошего не жди.

Джудит была благодарна, что Даркомры вошли в ее положение, позволив залечивать раны в одиночестве. Они не мучали ее вопросами, на которые она не могла ответить.

А тем временем приближалось время выпускного. Джудит даже не собиралась туда идти. Не привела в порядок платье, испачкавшееся в пыли, и не попросила у подружек косметику. Что и говорить, она их тоже выгоняла, не желая никого видеть. Плохо было, хоть волком вой.

Ну и как она пойдет на выпускной? И с кем? С Мартином! После шокирующего признания в любви, как бы тяжело ей ни было, Кассариону будет в тысячу раз хуже, если она возьмет Мартина в пару. Теперь, зная, что он влюблен в нее, она просто не могла ответить взаимностью врагу. Ни в каком виде.

Пусть их конфликт — всего лишь подростковые заморочки двух упертых мальчишек, но Касс воспринимал все иначе, гораздо серьезней. Поэтому она не могла… просто не могла.

— Ууу, — провыла Джудит, всхлипнув под одеялом. Она поплотней натянула его на голову, прямо по макушку, и снова затихла.

Превратиться бы в маленького зайчика, спрятавшегося в своей норке от всех проблем… обычно она не боялась проблем, выходя навстречу с трудностями с кулаками, но сейчас…

— Джу, милая, ты что, все еще валяешься в кровати? — бабушка уже в который раз пыталась выпростать ее из своего убежища, параллельно хлопоча где-то в зале. — Давай, вставай, уже почти семь вечера! Ты на бал опоздаешь, скоро придет Мартин и…