Книга Крошка Энни на краю света, страница 111 – Надежда Черпинская

— Да, – поддержал её улыбку Джо, – лишь бы только новый сосед не оказался вторым Даки…

Крошка хотела сказать в ответ, что второго такого точно не найти во всей Аттрике, но её перебил громкий окрик, прозвеневший по всей улице:

— Энни!

Они с Джо развернулись одновременно, и Энни изумлённо ахнула:

— Эмма!

* * *

— Благие духи! – Энни испуганно прижала руки к груди, ошеломлённо разглядывая подругу. – Что с вами случилось?

Красотка Эмма нынче выглядела хуже, чем на борту «Короля Виллмельгера» – на ней было какое-то замызганное платье, местами даже в дырах и грязных чёрных пятнах.

Да и её муж-великан был жене под стать. Такой же чумазый и потрёпанный. У него ещё и правая рука была замотана бинтами, а на щеке горело алое пятно. И волосы с одной стороны были чуть короче, и светлее, будто мастер Холмур внезапно частично поседел.

Но даже не их неопрятный вид напугал больше всего – лицо всегда весёлой и неунывающей Эммы нынче опухло и покраснело от слёз. У Энни не осталось никаких сомнений, что её подруга ещё совсем недавно заливалась горькими слезами.

Сейчас её губы снова скривились и задрожали, а из глаз тут же покатились серебристые горошинки.

— О, Энни, такая беда… такая беда! – ничего толком и не объяснив, Эмма протяжно всхлипнула и, уткнувшись в широкую грудь мужа, разревелась.

— Ну, будет тебе, будет! – Бёрн прижал жену к себе своими гигантскими ручищами, так мягко, осторожно, бережно, точно смять боялся. – Всё образуется… Не плачь!

Но Эмма заголосила ещё громче.

— Пожар у нас вчера случился, – тяжело вздохнув, объяснил Холмур. – Сколько дней жара стояла, трава посохла. А тут, вроде, ветер поднялся, тучи… Думали, дождь пойдёт. Куда там! Завертело, пыль понесло, гром, молнии, и ни одной капли, ни одной капли… А потом в наш сарай как шарахнуло, как полыхнуло! За один миг разгорелось, будто сноп сухого сена подожгли. Я было кинулся… Да с таким ветром разве потушишь…

— Всё сгорело, всё! Ничего не осталось, – горько заскулила Эмма. – И дом, и козочки, и запасы, и все мои наряды.

— Ничего… – снова попытался утешить её муж. – Сами живы, и то ладно.

— Да как же так?! – ахнула Энни. – Неужели ничего нельзя было спасти?

— Видели бы вы это пламя, милли Уайз! – Бёрн покачал головой, и Крошке показалось, что этот огромный мужчина, похожий на медведя, сейчас тоже заплачет. – Постройки мигом занялись, и тут же на крышу дома перекинулось. Я только и успел Эмму крикнуть и на лошадь её усадить. Ветром огонь во все стороны пораскидало, одна надежда была, что за реку не перекинется. Там от нас до реки недалеко. Я загон со скотом открыл, сарай с курами… А уводить уже времени не было. Меня и так вон едва горящим бревном не прихлопнуло. Я на лошадь к Эмме вскочил и оттуда скорее. Больше всего коз жалко, – Бёрн все-таки не удержался, смахнул слезу. – Они от страха метаться начали. Я надеялся, что за нами следом к реке побегут. Но успели только две… Остальных огонь догнал. А как до берега дошёл – затух, вода пожар остановила, дальше не пустила, а то бы ещё вся округа погорела. Но на ферме у нас всё подчистую смело, одни угли остались.

— Вот так несчастье! Сочувствуем, Бёрн! – сокрушённо покачал головой Джонатан. – Неужели совсем ничего не уцелело?

— Главное, Эмму уберег, а остальное… дело наживное, – Бёрн погладил жену по волосам.