Книга Ураганные войны, страница 90 – Теа (Тея) Гуанзон

— Прошу простить нас за подобные меры предосторожности, ваше величество, – заговорил Элагби почти тем же тоном, что и во время приветствия, и кивнул на «клетки». – Наш народ не доверяет Вратам Теней, в особенности когда их магию призывают поблизости от Захии-лахис.

— Не имею ничего против, принц Элагби, – отозвался Аларик, изображая здоровое равнодушие. – Мне просто жаль, что эти клетки портят вид вашего прелестного интерьера.

— Очень надеюсь, что вы не попытаетесь исправить это, сломав хотя бы одну из них и выпустив саримана на свободу.

Возможно, Аларику придется выслушать это еще не раз, но, по крайней мере, теперь он знал, что птицы оттенков драгоценных камней, способные обессилить эфироманта, назывались сариманами.

— Пока вы гостеприимны, у меня не будет повода причинять вред, – коротко заявил молодой человек.

Командор Матхир, которая все это время тихо шла за императором, бросила на него взгляд, не скрывая, что сказанное развеселило ее. Эта женщина знала Аларика с юных лет, и его никогда не покидало ощущение, что она считает его забавным. Его это немного раздражало. Все-таки теперь он император Ночи, а не глупый ребенок.

Тронный зал королевы драконов казался излишне вычурным. Аларик привык к изящной простоте архитектуры Кесатха и практичному внутреннему убранству штормовиков, где удобство использования ставилось превыше внешнего вида. Он замер, переступив порог громадного помещения: стены были покрыты сусальным золотом и драпированы багровым шелком, полированные мраморные полы застланы коврами в бордовых и кремовых цветах, что поблескивали замысловатыми созвездиями из мелкого жемчуга и сапфиров, высокий сводчатый потолок украшали барельефы птиц, лилий и драконов в погоне друг за другом среди бурлящих океанских волн. На оформление и содержание такого помещения у Империи Ночи ушла бы вся казна. А находившиеся в зале люди… При появлении Аларика со свитой они погрузились в гробовое молчание.

Еще ни разу в жизни ему не доводилось видеть такого столпотворения. Каждый был разодет в роскошные ткани и перья вызывающих цветов, с головы до ног усыпан сверкающими драгоценными камнями.

И еще ни разу в жизни он не испытывал на себе такое средоточие настороженных взглядов.

— Нам здесь не рады, ваше величество, – буркнул Севраим из-за шлема. – Для них мы все еще захватчики. Я советую вам проявить осторожность.

— Когда я ее не проявляю? – скривив рот, едва слышно ответил ему Аларик. – Невзирая на твои попытки подтолкнуть меня к обратному.

Севраим усмехнулся. Он совершенно расслабленно прошелся по залу, его темные глаза под обсидиановым забралом заинтересованно останавливались на ненаварских дамах, стоявших в стороне. Аларик был вполне уверен, что, если бы не шлем, его товарищ подмигнул бы им и провел рукой по волосам.

«Надо было вместо него взять близняшек».

В конце зала стояла огромная платформа из чередующегося белого, красного и серого мрамора, возвышаясь над придворными, как известняковые утесы Купола Небес – над остальной столицей. Наверху, там, где заканчивались ступени, стояли три трона: крайний левый из них был пуст и, очевидно, принадлежал Элагби, в то время как правый был занят женской фигурой, облаченной в голубые с золотом ткани и скрытой за полупрозрачной ширмой с деревянной рамой, которую держали двое слуг. Аларик пока что не был готов слишком пристально разглядывать будущую невесту, поэтому сосредоточил внимание на женщине, сидевшей на среднем троне.