Книга Ураганные войны, страница 76 – Теа (Тея) Гуанзон

Таласин покраснела. Похоже, бабушка еще долго будет припоминать ей – или Аларику — их приключение в Ненаваре.

— А я, например, очень даже рад, что ты вторглась к нам, моя дорогая, – своеобразно утешил Элагби и потянулся, чтобы погладить дочь по руке. – Ее звездное Величество тоже очень рада, даже если не снисходит до проявления чувств.

— Сентиментальность нам сейчас ни к чему, – фыркнула Урдуя. – Возвращаясь к делу: что бы ни планировал Кесатх, это не выглядит как попытка вторжения. По крайней мере, пока что.

— Они могли узнать о местоположении сардовийцев? – нахмурился Элагби, и у Таласин внутри похолодело. – Быть может, нас пытаются припугнуть, чтобы мы выдали им беженцев.

Если что Таласин и поняла о королеве Доминиона Ненавар, так это то, что она до последнего не раскрывает свои сильные стороны и никогда не выдает истинных мыслей. Но в этот раз все было по-другому: Урдуя встала из-за стола и резко направилась к выходу.

— Я намерена поговорить с гранд-магиндамом и определить, как лучше предотвратить подобное развитие событий. А пока я рассчитываю, что вы проявите максимальную скрытность и осторожность в этом деле.

…….✲……..

Элагби вел Таласин в западное крыло дворца.

— Твоя бабушка разволновалась, – заговорил он по пути.

— Честно говоря, мне трудно в это поверить, – призналась девушка.

— Пройдет время – и ты сама начнешь замечать. – Элагби понизил голос, хотя в коридоре не было никого, кроме солдат лахис-дало, следовавших за двумя членами королевской семьи на почтительном расстоянии. – Происходящее может легко обернуться кризисом. Если Империи Ночи удастся проникнуть на территорию Доминиона и получить весть о том, что здесь укрываются сардовийцы, они будут вне себя от гнева. Ты ведь никому при дворе не рассказывала о сделке?

Таласин помотала головой. В ту ночь на Белиане было слишком много свидетелей, поэтому Урдуе пришлось рассказать придворным, что Таласин выросла на Северо-Западном Континенте и что она Ткач Света. При этом никто не узнал, что она вернулась вовсе не с целью заявить права на титул лахис’ки; никто, кроме ближайших союзников дома Силим и лахис-дало, которые присутствовали на встрече на «В’Тайде» и были связаны священными клятвами хранить тайны королевской семьи.

— Полагаю, пока Аларик Оссинаст не проявит свои намерения, беспокоиться об этом нужды нет, – заключил принц. – А сейчас лучше поговорим кое о чем более радостном.

Таласин очень сильно беспокоилась, но за относительно непродолжительное время, которое она провела с человеком, назвавшим себя ее отцом, у девушки сложилось о нем полное представление. Будучи младшим сыном, Элагби был разочарованием и ничтожеством в глазах своей матери, простаком без грандиозных планов на жизнь, напрочь лишенным хитрости и изворотливости, которой, к сожалению, славилась аристократия Ненавара. Таласин успела привязаться к нему, но даже по ее мнению он был слишком беспечным, хотя это и очаровывало.

— И о чем же таком радостном нам лучше поговорить? – подыграла Таласин.

— Я нашел еще несколько эфирописей, – гордо ответил отец.

…….✲……..

В кабинете принца Ненавара красивая женщина уговаривала извивающегося в ее руках младенца посмотреть в невидимый объектив – эта сцена была увековечена зернистыми черно-белыми бликами на большом холсте.