Книга Ураганные войны, страница 118 – Теа (Тея) Гуанзон

— Любому придворному ее светлости всегда будут рады в Цитадели, – кивнул Аларик.

«Я никуда не хочу с вами, – хотела Таласин огрызнуться на бабку и отца, все еще обижаясь на них за обман. – И с тобой тоже», – хотела она бросить жениху, раздосадованная самим его существованием.

Ты должна это сделать, напомнила она себе. Она постаралась представить себе лица Велы и других сардовийцев и сосредоточиться на них. Таласин искала силы в воспоминаниях о Каэде, Соле и мастере меча Касдар. Она представила себе аметистовый свет смерти, то, как он захлестывает потемневшие берега этой земли и людей, которые радовались ее возвращению и называли своей.

«Ты должна это сделать».

Таласин затихла, откинувшись на спинку стула, приняв невозмутимое выражение лица перед аристократией Доминиона и кесатхарами. Она спрятала клыки.

«Так будет лучше для всех. Так выживут все».

…….✲……..

Она явно тянула время.

Это было единственное объяснение. Никто не стал бы тратить больше часа на то, чтобы пообедать и переодеться в тренировочную одежду, если бы не мешкал намеренно.

Аларик заставил себя перестать ерзать на траве, на которой сидел. По правде говоря, он не был особенно удивлен тому, что Таласин заставляет его ждать. Когда несколько часов назад в зале заседаний речь зашла о ее возвращении на Континент, она заметно побледнела. Ему показалось логичным, что она не спешила снова с ним увидеться.

Как и лететь в Кесатх.

Послеполуденную тишину пронзил отдаленный рев, похожий на звук разрываемого на части штормовика. Аларик поднял глаза, и все внутри него затрепетало. На высоте нескольких километров над Куполом Небес пролетал дракон, жаркое солнце рисовало силуэт его могучих крыльев. Покрытое зеленой чешуей длинное тело змеилось по ясному голубому небу волнистой лентой, устремляясь ввысь и вырисовывая петли и завитки.

Когда он исчез из виду, взгляд Аларика вернулся к земле – и остановился прямо на Таласин.

Она замерла на полпути к нему, чтобы проследить за движениями огромного зверя, но, когда тот исчез, встретилась глазами со своим учителем – золотой солнечный свет проникал в их глубину, отражая то же восхищение, которое испытывал Аларик. Без пудры и пигмента ее веснушчатое лицо и розовая линия губ смягчились. И на краткий миг там, среди орхидей, у водопада, он забыл, что они не просто двое людей, которые только что разделили чудесное зрелище.

Иллюзия рассеялась, когда девушка вздернула подбородок и нервными шагами направилась к нему. Но, пожалуй, частично Аларик был все еще очарован увиденным, потому что, как только Таласин сократила расстояние между ними и грациозно приняла позу для медитации, повторяя его положение, он спросил:

— А правда, что они дышат огнем?

Таласин смерила его пронзительным взглядом, словно ища в его вопросе злой умысел. У Аларика никакого умысла не было, и она, должно быть, в конце концов это поняла, потому что сдержанно кивнула.

— Оранжевые водоросли, которые тебе здесь наверняка не раз подавали на обед, называются огнедых. Он растет только в ненаварских водах, вблизи мест, где обычно залегают драконы. Огонь в их телах разогревает течение и дает жизнь этой разновидности водорослей.

— Блюда из них довольно вкусные, – осмелился вставить Аларик.

Огнедых был шелковистым, слегка хрустел и обладал соленым вкусом, который придворные повара усиливали пикантным соусом из рисового уксуса и жгучего перца.