Книга Лериана, невеста герцога по контракту. Книга 4, страница 63 – Мильчха

Что же в этом мягкого? Да в ее голосе звенели ножи.

— Вот я и подумала – может, хватит уже вздыхать по моей маме? Я же сказала: просыпайтесь, принц. Опять же – мягко выражаясь.

— Ни капельки не мягко, – проворчал Сеймур.

Ария, как всегда, без малейшего смущения выдала, что раз всего лишь назвала его так, то это уже милость с ее стороны. И как всегда, ему стало горько от этих слов.

На самом деле они оба прекрасно понимали, насколько ничтожен шанс, что госпожа Виннайт бросит герцога и будет с ним, Сеймуром. Потому-то Ария и вела себя так дерзко – ее дерзость была смесью любви к матери и желания хорошенько подразнить его.

Он ведь все-таки первый принц королевства, главный претендент на престол! И старше нее! Но каждый раз, глядя на ее выходки, Сеймур начинал сомневаться в собственном достоинстве и предназначении.

Сколько он себя помнил, Ария всегда была именно такой.

В детстве он даже боялся, что однажды, став королем, окажется марионеткой в ее чертовых руках. Не в силах вынести образ такого будущего, он начал всячески избегать ее, каждый раз находя новое оправдание.

Так он и жил в относительном спокойствии, пока однажды мать – королева Соросо – не вызвала его. И там… оказалась Ария. Прежде чем Сеймур успел хоть что-то спросить, девушка с сияющей улыбкой объявила:

«Ее величество выделила мне комнату, чтобы я могла в любое время приходить во дворец!»

«Что? Во дворце?» – Сеймур застыл, словно окаменев.

«Более того, мне разрешено навещать вас после окончания ваших занятий. Благодаря ее величеству мы теперь будем видеться гораздо чаще!»

Она так красиво пела сладкие речи о своей матери, что Сеймур на миг даже подумал – может, она и правда его любит?

Но, как обычно, все вокруг нее велись на ее уловки, и только он один знал, что скрывается за этим милым лицом. Никто не воспринимал его чувства всерьез. Никто, кроме одного человека – Сиатрича. Тот, посмеиваясь, похлопал его по плечу и сказал, что настоящий мужчина закаляется в страданиях. Но, судя по его ухмылке, верилось в это с трудом.

Пока Сеймур предавался этим грустным мыслям, в комнату вошла служанка, принесла чай и сладости и вышла. Он с отвращением посмотрел, как Ария кладет в чашку одиннадцать ложек сахара, и отвел взгляд.

— Вы стали покупать сахар другой марки? – спросила она, сделав глоток. – Не такой сладкий, как обычно.

Сеймур тут же зажал рот рукой, чтобы не вырвало.

— Просто мне стало меньше нравиться сладкое.

С самых ранних лет, после постоянных столкновений с Арией, Сеймур начал думать, что женщины – это особый вид существ, которые едят сахар мешками, а потом выдают ядовитые фразы, управляя мужчинами, как куклами.

— Так ты не поехала на горячие источники только потому, что твоя мама приходила ко мне вчера? Чтобы сказать: «Очнись»?

— Нет, ну… не только поэтому. – Ария сначала улыбнулась, потом слегка склонила голову. Ее тихое бормотание «Хотя… может, и поэтому» стало для Сеймура ударом в самое сердце.

— То есть не только… – повторила она, но так и не договорила.

«Что? Она не договорила?» Сеймур сдвинул брови. Ария крутила волосы на пальце, ее глаза метались из стороны в сторону.

— Ну, это…

В голове Сеймура тут же заверещала сирена. «Ария мямлит? Ария играет с волосами? Все очень серьезно».