Книга Мой (не) любимый наставник, страница 27 – Эва Лун, Ирис Вельс

Это чувство было чужим. Оно было холодным. Острым. Высокомерным.

Я замерла, осознавая страшную догадку.

— Кайден, — одними губами произнесла я.

Это были его эмоции. Я чувствовала его раздражение так ясно, словно это он сидел сейчас здесь и ломал перо. Где бы он ни был сейчас - в своей башне, у ректора или в лаборатории, кто-то или что-то вывело его из себя. И эта волна гнева по невидимой нити, которую мы создали вчера ночью, ударила прямо в меня.

— О боги, — я закрыла лицо руками, чувствуя, как чужая ярость медленно отступает, оставляя после себя горький привкус. — Я не просто накормила его. Я к нему привязалась.

— Элиана? Тебе плохо? — шепот Мейлен был полон тревоги.

— Нет, — я медленно убрала руки и посмотрела на подругу шальными глазами. — Мне не плохо. Мне... страшно. Кажется, у меня в голове поселился очень злой сосед.

Выйдя из лекционного зала, я попала в привычный водоворот студентов, спешащих на обед или следующие занятия. Гул голосов немного привел меня в чувство, заглушая эхо чужой ярости в голове.

«Просто показалось, — уговаривала я себя, пробираясь сквозь толпу. — У меня переутомление. Галлюцинации. Нервный срыв. Что угодно, только не магическая связь с ходячей ледяной глыбой».

И тут толпа впереди расступилась, словно перед божеством.

По коридору шел Кайден.

До этого момента мне действительно казалось, что мы существуем в параллельных вселенных: я в мире пыльных учебников и грязных котлов, он в мире высокой политики и закрытых дверей. Видеть его здесь, среди обычных смертных студентов, было дико.

Но еще более диким был контраст между нами.

Я плелась, шаркая ногами, с синяками под глазами, похожая на зомби, которого подняли, а разбудить забыли. Кайден же сиял. Буквально. Его походка была упругой и хищной, кожа светилась здоровьем (той самой аристократической бледностью), а глаза были ясными и яркими. Он выглядел так, словно только что вернулся с курорта, где неделю пил нектар и спал на облаках.

«Вампир, — мрачно подумала я, чувствуя укол обиды. — Энергетический кровосос. Я тут еле ноги волочу, потому что отдала ему половину своего резерва, а он цветет и пахнет!»

В этот момент он поднял взгляд.

Наши глаза встретились через головы третьекурсников. Я ожидала чего угодно: холодного кивка, игнорирования, насмешки. Но Кайден, увидев меня, поморщился. Это была не гримаса отвращения, нет. Так морщатся, когда внезапно начинает болеть зуб или когда в тишине раздается резкий, неприятный звук. Он на секунду прижал пальцы к виску, глядя прямо на меня.

А потом я почувствовала это.

Щелк.

Внутри моей головы словно захлопнулась тяжелая дубовая дверь, обитая войлоком. Ощущение чужого присутствия, того самого фонового шума, который я уже не замечала, пока он не исчез, резко оборвалось. Наступила ватная тишина.

Кайден опустил руку, его лицо снова стало непроницаемой маской, и он прошел мимо, даже не замедлив шаг. Словно я была пустым местом.

Я застыла посреди коридора, прижимая к груди конспекты. Он закрылся. Он почувствовал меня, мою усталость, мое присутствие, может быть, даже мое возмущение его цветущим видом, и просто выключил связь со своей стороны. Заблокировал канал.

«Значит, это работает в обе стороны, — поняла я, и от этой мысли по спине пробежал холодок. — Он тоже меня чувствует. Он знает, когда я рядом. И, судя по его лицу, он от этого не в восторге».