Книга Мой (не) любимый наставник, страница 12 – Эва Лун, Ирис Вельс

— И как только таких пускают в Академию? — протянула третья. — Мой отец говорит, что стипендиаты - это пиявки на теле общества. Мы платим налоги, а они тратят наши деньги, портят мебель и воздух.

Я сжала перо так, что оно хрустнуло. «Не реагируй, Элиана. Мама говорила: собака лает, караван идет. Ты караван. Ты гордый, спокойный караван с печеньем».

— Эй, ты, — Изи ткнула меня чем-то острым в спину. Скорее всего, кончиком пера. — Я к тебе обращаюсь, убогая. Правда, что твой наставник взял тебя из жалости, чтобы ставить на тебе опыты? Говорят, от бедняков меньше шума, когда они исчезают.

Я резко развернулась. Стул подо мной противно скрипнул. Мэтр Орион на кафедре продолжал бубнить, не отрываясь от свитка, так что нашу перепалку пока никто не слышал.

— Послушай, — прошептала я, глядя Изи прямо в её фарфоровое лицо. — Мой наставник взял меня, потому что у меня есть дар. А твой отец заплатил за твое место, потому что у тебя есть только яд на языке. Оставь меня в покое.

Глаза Изи сузились.

— Ты смеешь мне дерзить? Ты? Пустое место в штопаном платье?

Она сделала ленивый пасс рукой под столом. Я почувствовала всплеск водной магии. Моя чернильница, стоявшая на краю парты, вдруг подпрыгнула, словно живая, и перевернулась. Густая черная лужа моментально залила мой конспект, рукав моей (казенной!) мантии и, что самое страшное, редкий библиотечный фолиант, лежавший открытым передо мной.

— Ой, какая неловкость! — притворно ахнула Изи, прикрыв рот ладошкой. — Кажется, ты такая неуклюжая. Как же ты будешь объяснять это библиотекарю? Книга-то дорогая.

Кровь бросилась мне в лицо. Это было подло, низко и очень обидно. Я вскочила, хватая лист бумаги, чтобы спасти книгу, но чернила впитывались в древнюю бумагу с пугающей скоростью.

— Ты сделала это специально! — воскликнула я, забыв про шепот.

— Я? — Изи захлопала ресницами. — Я сижу сзади. У тебя паранойя, деревенщина.

— Ах ты... — внутри меня снова поднялась теплая волна, та самая, что утром вырастила цветы. Но теперь она была горячей от гнева.

Я не хотела колдовать. Честно. Я просто взмахнула рукой от возмущения. Но магия решила вступиться за хозяйку. Из цветочного горшка на подоконнике (метрах в трех от нас) вырвалась длинная, гибкая лиана. Она пролетела через проход, как зеленый хлыст, и метко шлепнула по столу Изи. Баночка с дорогими синими чернилами блондинки взмыла в воздух, описала красивую дугу и опрокинулась прямо на её безупречную, расшитую жемчугом мантию.

— А-а-а! — визг Изи перекрыл даже монотонный бубнеж лектора. — Моё платье! Это шелк с Островов! Ты заплатишь за это, мерзавка!

Она вскочила, и вокруг её рук закружились водяные хлысты. Её подружки тоже повскакивали, готовя боевые заклинания.

— А ну прекратить! — Громовой голос мэтра Ориона заставил задрожать стекла в витражах.

Лектор стоял над нами, и он был в ярости. Его нос-клюв покраснел, а глаза метали молнии.

— Что здесь происходит?! Это храм знаний или портовая таверна?!

— Мэтр! — тут же заныла Изи, указывая на свое испорченное платье. — Эта дикарка напала на меня! Она испортила мою форму и библиотечную книгу!

— Она первая начала! — выпалила я, прижимая к груди залитый чернилами конспект. — Она опрокинула мою чернильницу магией!

Мэтр Орион перевел взгляд с черной лужи на моем столе на синее пятно на груди водницы. Потом на книгу, которая теперь годилась только на растопку.