Книга Поцелуй шефа, страница 25 – Эбби Нокс

Хорошо, что я разделяю мрачное чувство юмора нашего свадебного организатора.

— Ты меня раскусила, — говорю я, поднимая бокал в знак приветствия. Она замечает, что я смотрю на свой телефон.

— Она должна вернуться сегодня.

Я поднимаю глаза на Генриетту, но она смотрит сквозь меня.

— Ты собираешься попытаться остановить меня?

Постукивая ручкой по губам, она прищуривается и поджимает губы. Генриетта любит оставлять меня в нерешительности на несколько секунд, пока решает, что можно, а что нельзя мне рассказать.

— Зайди на минутку, — говорит она, придерживая дверь своего кабинета. — Мне нужно тебе кое-что показать.

Несколько мгновений спустя я смотрю на папку с тремя кольцами, открытую на развороте свадебных платьев на две страницы.

— Это противоречит всем моим представлениям как профессионала, но тебе нужно это увидеть, — говорит она.

Я в замешательстве хмурю брови, поскольку все, что я вижу слева, — это журнальная фотография простого, но элегантного свадебного платья из белого атласа со скромным вырезом и укороченными рукавами. Справа — фотография прозрачного струящегося платья со смехотворно длинными рукавами и прозрачным верхним слоем из вышитых цветов и кружев.

— Я заказала два платья. Шериз думает, что я заказала только это, — говорит Генриетта, указывая на платье слева. — Это то, которое одобрил ее жених. А это, — говорит она, указывая направо, — то, которое хочет она. То, которое ей нужно. Ты улавливаешь смысл того, что я тебе говорю, бывший шурин?

— Я ни черта не смыслю в свадебных платьях, но то, что с безумно длинными и непрактичными рукавами, — это стиль Шериз, от и до.

Генриетта поднимает на меня взгляд.

— К нему прилагаются дополнительные крылышки феи, прикрепленные сзади.

Я не могу удержаться от смеха, хотя мне кажется, что мои легкие разрываются от боли при мысли о том, что я не собираюсь жениться на женщине, которая наденет одно из этих платьев.

— Это не вариант. Ей нужны эти крылья.

Генриетта кивает и улыбается.

— И есть кое-что еще. Кое-что, в чем она не пойдет на компромисс.

— Я не знаю, смогу ли больше терпеть, — говорю я.

— Потерпи, — с ухмылкой говорит организатор свадьбы. Она переворачивает страницу и поворачивает папку на сорок пять градусов. На ней нарисованный от руки эскиз трехъярусного свадебного торта. Он сделан из булочек с корицей.

Я фыркаю, борясь с болью в горле.

— Это Шериз. Я мог бы назвать ее так.

Генриетта смотрит на меня.

— Бишоп. Ты знаешь, для кого этот торт. И это не для того жениха-троглодита из Шарлотты.

Я никому ни словом не обмолвился о своих чувствах и не собираюсь начинать с Генриетты.

— Что мне делать, Ген?

Она поворачивается ко мне всем телом и кладет руку мне на плечо.

— Ты собираешься сделать то, что делал, когда мне больше некуда было пойти. Когда твой брат снова начал принимать таблетки.

— Дать ей работу и помочь найти квартиру? Думаю, у нее все это уже есть.

Генриетта бьет меня по руке.

— Нет, дурачок. Скажи ей, чтобы она бросила этого зануду и помоги ей идти дальше.

Шериз

— Я порвала с Оги.

— Срань Господня, — выдыхает Сесилия. — Ты в порядке?

Такси из аэропорта подвозит меня к моей квартире, и я продолжаю телефонный разговор на тротуаре, любуясь прекрасным уходящим закатом.

Вот почему я больше всего привязана к своей младшей сестре, чем к трем старшим. Я почти никогда не слышала от нее: «Черт возьми, что ты наделала?» или «Срань Господня, мама с ума сойдет».