Книга Ты меня предал, страница 78 – Анна Шнайдер

Постепенно подошло время для следующего УЗИ, и он до последнего надеялся, что Динь разрешит пойти в клинику с ней, но она промолчала. И Павел тоже промолчал, хотя скрыть разочарованный взгляд, кажется, не смог.

Дина

Я решила не приглашать бывшего мужа с собой к врачу, потому что мой срок сейчас почти совпадал со сроком, на котором родилась его дочь. Мне показалось, что подобное ни к чему, это попахивало плохой приметой. Хотя на самом деле я уже почти дозрела до того, чтобы разрешить Павлу сопровождать меня на УЗИ. Причиной было его поведение за всё то время, что он жил у меня — а это без малого полторы недели. Оно было идеальным. Я опасалась, что Павел как-то воспользуется моей слабостью, попытается надавить на жалость, заведёт разговор о прошлом или вообще в постель полезет. Но ничего подобного не произошло. Бывший муж безропотно спал на диване в гостиной, хотя тот был ему явно коротковат, и не канючил: «Динь, пусти меня к себе, я буду ютиться на краешке, а то не высыпаюсь же!» Нет, Павел молчал. И вообще я его практически не видела и не слышала. А когда видела или слышала, то он старался быстренько убраться подальше и никогда не пытался наладить диалог. Он вёл себя, как квартирант с хозяйкой помещения, и меня это устраивало.

За пару дней до очередного УЗИ Павел вновь принёс пачки с уколами, четыре штуки. До этого он написал мне в мессенджер, что чуть задержится и приедет позже, но я и подумать не могла, что бывший муж опять метнётся покупать моё лекарство. И если бы не это, я бы даже не сомневалась, что Павла не стоит брать с собой в клинику. Но… и его поведение в последнее время — хотя кого я обманываю, он всю мою беременность вёл себя идеально, — и вот эти хлопоты по покупке уколов — всё меня смущало и заставляло сомневаться в принятом решении. И если бы речь шла не о 24–25 неделях беременности… Да, тогда я бы однозначно растаяла. Но, вспоминая то, что случилось с дочерью Павла, решительно качала головой — нет, подожду до следующего раза. Так всем будет проще.

Во время УЗИ я убедилась в том, что приняла правильное решение, ведь моя малышка весила почти столько же, сколько новорожденная дочь Павла — 660 граммов. Ни к чему бывшему мужу вспоминать о подобном в связке с моим ребёнком.

— Кровотоки стали лучше, — кивнул Игорь Евгеньевич, и я широко улыбнулась. — Но, Дина, расслабляться и радоваться не спешите — чем крупнее ребёнок, тем больше нагрузка на организм матери. Продолжаем уколы, и на днях опять сдайте кровь и мочу, посмотрим, что там у вас по анализам. Вы уже решили, где будете рожать?

— Рожать? — переспросила я с недоумением. Мне по-прежнему казалось, что впереди ещё целая бесконечность.

— Поговорите с Ириной Сергеевной, — понимающе улыбнулся Игорь Евгеньевич. — Я тоже могу посоветовать вам врача, но думаю, будет справедливо, если этим займётся она. Тем более, что наши контакты совпадают почти полностью. И не затягивайте с этим, оглянуться не успеете, как начнётся третий триместр. Всего-то месяц остался.

Третий триместр. Обалдеть можно. Я до сих пор не могла до конца поверить, что вообще беременна, а уже и третий триместр на носу. И роды. С ума сойти!

Павел ждал меня не в машине, а на скамейке в коридоре — я сама разрешила. Несмотря на то, что май был в самом разгаре и ждать в автомобиле сейчас было легче, чем зимой, я ответила «да» на вопрос Павла, можно ли подождать меня внутри клиники, а не снаружи. После всех его стараний подумалось, что он заслужил хотя бы немного комфорта.