Онлайн книга «Не проси прощения»
|
— Остальных зови, — пробасил Виктор. — У меня здесь для всех сувениры! Предновогодние! Новогодние потом получите. А это — аперитив! Охо-хо! — Сейчас позову, — фыркнула Марина, развернулась и убежала прочь из гостиной. Её место возле мешка с подарками, потирая руки, тут же занял Андрей Вячеславович. Он достал для себя набор шоколадных сигар, и тоже с надписью, но другой: «Сосать вкуснее!» — Витя, чёрт, — засмеялся Горбовский-старший, откладывая подарок на журнальный стол. — Как был пошляком, так и остался… — Я не Витя, я Дедушка Мороз, — усмехнулся Виктор в бороду, но больше ничего сказать не успел — в гостиную зашли Борис с Ульяной на руках, а следом за ним — Людмила Игнатьевна, Макс с Лерой и Толя с Леной и сыном. Рома, увидев Деда Мороза и Снегурочку, замер, а затем его лицо озарилось радостью. Да, вот для кого этот праздник станет по-настоящему волшебным… 87 Виктор Горбовский был доволен. Всё получилось в лучшем виде, как он и хотел — чтобы дом был сказочно украшен, чтобы был стол из домашней еды и разговоры за ним велись исключительно семейные. И чтобы все Ирины близкие были рядом — она должна знать, что не одна. Что есть у неё семья, есть! Никуда она не делась. И у этой семьи есть планы. Макс и Лера специально заговорили о свадьбе, о своих мечтах расписаться осенью — и в тот момент, когда девушка сына рассказывала о том, что хочет фотосессию среди золотых листьев и чтобы обязательно подружки невесты, в том числе Ира, были в изумрудных платьях, на лице бывшей жены Горбовского появилась растерянность. Она ведь знала, что в это время вряд ли будет «в кондиции» для того, чтобы гулять на свадьбе. Но сказать такое Лере не могла, вот и приходилось вместе с ней мечтать об идеальном торжестве. Марина рассуждала о том, в каком возрасте Ульянку лучше отдать в детский сад, и ненавязчиво намекала на то, что бабушка обязательно должна вместе с ней впервые повести внучку в садик. А потом приезжать на утренники. Как же иначе-то? Ирина терялась, но Виктор видел, что она всё-таки понемногу оживает, вливается в эти планы, поддерживает обсуждение, делает какие-то предложения… И скрещивал пальцы на удачу. А потом Толя завёл разговор о том, как здорово будет летом отправиться на море, и пригласил поехать с ними за компанию и Иру. Она удивлённо захлопала глазами, и Виктор заметил, как в ней борются одновременно два противоречивых желания. Жизнь и смерть. Две Иры. Одна из них хотела этого всего — жизни, улыбок родных, планов на будущее, а другая, бесконечно уставшая — по его вине! — бессильно вздыхала и неуверенно кусала губы. Но Виктор верил, что воля к жизни победит. Должна! А в одиннадцать часов вечера в калитку позвонили, и через несколько минут в доме Горбовских-старших стало ещё шумнее — потому что в гостиную с криком, подняв руки, чтобы поскорее обнять Иру, вбежала Маша Вронская. А следом за ней — её второй муж Лёня и сыновья. — Боже мой! — восхитилась Ира, сжимая подругу в объятиях. — Как ты?.. Какими судьбами вообще? Ты же не собиралась возвращаться в Россию! — А я и не вернулась, я приехала на Новый год! К тебе! — отбила претензию Маша. — Так, народ, подвинулись — мы все хотим есть! Людмила Игнатьевна, у вас же остался ещё ваш фирменный холодец?! Вечер окончательно превратился в зажигательный — с энергичной Вронской по-другому было невозможно. Её отлично оттенял деликатный Леонид, причём на контрасте с Машей, яркой и крупной кудрявой блондинкой, этот лысоватый худой мужчина смотрелся совсем бледно и непримечательно — отведёшь от такого на мгновение взгляд, и всё — уже забыл, как он выглядит. Но Виктор был уверен, что это впечатление обманчиво. Никогда сильная и уверенная в себе Маша не выбрала бы в спутники жизни мужчину без выдающихся способностей. И судя по тому, как уважительно к Лёне обращались её сыновья-подростки, по крайней мере, дар общения с детьми у него был. |