Книга Три рецепта для Зоюшки, страница 91 – Анна Шнайдер

— Во-первых, у неё парень есть. В школе, где она учится. А во-вторых, ей же шестнадцать, Зой. Это уголовно наказуемо. И не только уголовно — Виктор мне башку к **ням оторвёт, если я вздумаю за ней ухаживать.

— Почему это? Парню её не отрывает, а тебе оторвёт?

— Парню семнадцать, он из той же возрастной категории. А мне двадцать семь. Совсем другой коленкор.

Я промолчала. Возможно, я и не права, но… мне кажется, что парень с мозгами, пусть даже старше на одиннадцать лет, может причинить гораздо меньше вреда, чем семнадцатилетний пацан без мозгов. Но вмешиваться в чужие отношения я никогда не любила, поэтому комментировать не стала.

И тут Ник сказал неожиданное:

— А ты, Зойка, с Глебом Викторовичем осторожнее, хорошо?

— В каком смысле?

— Ты ему нравишься, — пояснил мой собеседник, поглядев на меня как-то виновато. — Я сначала думал, не говорить, потому что не моё дело, да и вообще… Короче, он на тебя заглядывается, и это заметно. И явно злоупотребляет полномочиями, причём хитро — используя Алису. Зачем ему это нужно, я не знаю. Может, и незачем. Но ты всё равно будь осторожна, ладно?

— Ла-а-адно, — протянула я, не в силах ещё как-то комментировать сказанное. Только брякнула зачем-то: — А как же Альбина?

— Да при чём тут она, — поморщился Ник, махнув рукой. — Одно другому не мешает, знаешь ли. Глеб Викторович, скорее всего, не из тех, у кого одновременно может быть две женщины, но не факт. Мы его с этой стороны совсем не знаем. Даже Генриетта Максимовна, наш старейший сотрудник, не знает. Всё возможно. А предупреждён — значит, вооружён.

Вооружён, да уж. Сковородками и половником если только.

Я и сама в присутствии Глеба плыву, как попавший в воду мотылёк. Барахтаюсь, но всё равно тону. Так было и с Маратом. Я тогда выбралась из воды, но она смыла с моих крыльев всю пыльцу — и с тех пор я просто больше не летаю.

Альбина

Она была довольна. Всё шло по плану — и Глеб попался на крючок, и Дима отреагировал так, как Альбина и ожидала. И не только в субботу, но и в воскресенье тоже.

Она специально повела себя так, чтобы со стороны казалось — она избегает садовника. Конечно, на самом деле ничего подобного — Альбине было нужно, чтобы Дима её в итоге нашёл. Поэтому она немного побегала от него по саду, а после будто бы случайно столкнулась с ним в зимнем саду и, недовольно поджав губы, попыталась развернуться, чтобы уйти — но Дима её остановил, легко коснувшись руки.

— Стойте, Альбина Алексеевна, — произнёс он настолько проникновенно, что у девушки замерло сердце. Вот всегда бы так! Жаль, что руку сразу отпустил. — Всё утро никак не могу вас найти. Хотел нормально извиниться. За всё. Я действительно думал о вас незаслуженно плохо, а вы ничего плохого мне не сделали. Простите.

— Боишься, что я пожалуюсь Глебу, и тебя уволят? — фыркнула Альбина, разворачиваясь лицом к Диме. Главное сейчас — держать это самое лицо и не растекаться от умиления. Стоит перед ней, весь из себя такой виноватый, прощения просит. Красота!

— Не боюсь, — Дима качнул головой, серьёзно глядя на Альбину. — Если Глеб Викторович меня уволит, я найду другую работу. Просто неприятно, что я вас обидел. Я много думал о том, что вы вчера сказали и понял — я сам всё придумал, исходя из прошлого опыта и собственных убеждений о том, как должна себя вести хозяйка дома.