Книга Три рецепта для Зоюшки, страница 37 – Анна Шнайдер

Почему-то первым, на что я обратила внимание, оказалась ямочка на подбородке. Нет, даже не ямочка — скорее впадинка, разделяющая массивный и упрямый подбородок на две части. Он был не совсем бритый и явно колючий, и у меня неожиданно пересохло в горле от абсолютно иррационального желания коснуться коротких и жёстких волос ладонью.

А глаза у Хозяина каре-зелёные. Красивые, кстати…

— В очередной раз убеждаюсь, что зря не поменял эту дверь на что-то менее громоздкое, — сказал Глеб Викторович с доброжелательной улыбкой, рассматривая меня в ответ с той же пристальностью. И мне вдруг стало неловко, причём непонятно из-за чего. Наверное, из-за того, что я стояла сейчас почти в его объятьях и на нём был строгий костюм с галстуком, а на мне — джинсы и футболка со Спанч Бобом. Николай обещал, что вечером принесёт форму, а пока можно было ходить в чём угодно — первый рабочий день у меня был только завтра. И, с одной стороны, ничего страшного, подумаешь, джинсы и дурацкая футболка с жёлтой морской губкой. Но Глеб Викторович-то в костюме с галстуком!!

А потом я услышала ещё один голос, посмотрела мужчине за спину — и обомлела окончательно.

— Да, я тоже несколько раз чуть не расшиблась, когда пыталась к тебе войти, — почти пропел кто-то, и я наконец обратила внимание, что в кабинете мы не одни. Позади Хозяина на кожаном диване сидела девушка потрясающей красоты. Мне даже захотелось, как маленькой, потереть глаза кулаками — вдруг мерещится? Никогда в жизни не видела настолько красивых людей. Её бы с Дмитрием скрестить — ух, какие дети получатся!

Кожа с золотистым оттенком — не смуглая, но и не белая, а идеального сбалансированного цвета. Сразу понятно, что её обладательница внимательно следит за состоянием своего загара. По стройным плечам, обтянутым изумрудной тканью лёгкого шёлкового платья, струились густые и блестящие волосы — как из рекламы шампуня. Оттенок у них был глубокий, тёмно-шоколадный, очень красивый и естественный, но мне почему-то сразу стало ясно — волосы она красит. Слишком уж фантастические.

Тёмные брови вразлёт — не толстые и не тонкие, идеальные, как и всё остальное. Нос без единого изъяна, чуть остренький на конце — очаровательный. И рот не обколот чёрт знает чем до уткообразности — нет, губы свои, пухлые и чувственные, немного подкрашенные розовым блеском. И ресницы не нарощенные, а естественные. И макияжа на глазах было немного — только для того, чтобы подчеркнуть выразительность взгляда и цвет радужки. Необычный цвет — зелёный.

А уж какая у этой девушки была фигура… точёная. Мечта и сказка!

И Генриетта Максимовна надеется, что Глеб Викторович не женится на этой нимфе? Да ну, конечно, женится. Как можно? Ей безумно пойдёт белое платье.

Зоя

— Зоя, познакомьтесь, — сказал Хозяин, отпуская меня и поворачиваясь к своей девушке. — Альбина, моя…

— Невеста, — перебила она его, широко улыбнувшись. Ох, лучше бы она этого не делала! Улыбка у неё была, конечно, яркая — белозубая, широкая, но искренности в ней не было совсем. И от этого возникало ощущение, что тебе улыбается кобра. — Альбина Алексеевна.

Глеб Викторович промолчал, но мне показалось, что он отчего-то недоволен.

— Очень приятно, — я вежливо кивнула и огляделась. — А Алиса тоже здесь?