Книга Надеюсь, она не узнает, страница 19 – Анна Шнайдер

Друзья, наверное. Может, даже лучшие.

От них веяло детством и беззаботностью.

В конце дома они на мгновение остановились, а потом пошли в разные стороны, махнув друг другу на прощание.

«Удачи вам, ребятки», — подумалось мне с едкой горечью.

Как же редко дружба переходит из школы в университет. Наблюдая за этими детьми, я неожиданно вспомнил наше с Верой общение, начавшееся ещё в первом классе, но с возрастом угасшее, а потом и вовсе умершее, чтобы через несколько лет воскреснуть в виде убогого франкенштейна. Никак иначе я сейчас не мог назвать то, во что превратилась наша дружба после того, как Вера с Киром стали встречаться.

Это случилось на вечере выпускников.

В начале встречи мы просто скучковались втроём и болтали, вспоминая школьные годы и байки, порождённые ими. Иногда переговаривались с другими выпускниками и учителями, но в итоге неизменно вновь оставались втроём.

Я сразу заметил, что Кир включил режим павлина. Его заинтересовала Вера. Слишком давно я его знаю, чтобы не заметить момент, когда из его жопы расправляется веер из перьев.

Потом была выпивка, были танцы, в которых я не участвовал, а Кир каким-то чудом вытащил Веру на танцпол. Но было ли это чудом? Что я знал о Вере к тому моменту? Что осталось от той девочки, с которой я сидел за одной партой?

Ничего я не знал. И, несмотря на это, почему-то был уверен, что танцпол и эта дурацкая музыка не подходят ей. Не её это…

Я тогда ненадолго отлучился в туалет, а когда вернулся, увидел, что Кир с Верой забрались на сцену и теперь не только танцуют, но ещё и целуются. Мне было странно видеть их вместе.

В тот момент, глядя на них, я неожиданно вспомнил, как однажды, миллион лет назад, сам поцеловал Веру. Это был невинный и детский поцелуй, первый в моей жизни. Мы в то время учились во втором классе и участвовали в праздничном концерте, для которого всех заставили выучить танец, разбив по парам. И мы выучили, и получалось хорошо. Нас с Верой поставили на самое видное место. Концерт прошёл гладко, мы ни разу не запнулись, а когда танец закончился, сделали поклон, и я повернулся к Вере. Она посмотрела на меня в ответ, и я неловко чмокнул её в губы. Ну, почти в губы. Немного промахнулся. Люди в зале засмеялись, но я был уверен, что так и надо делать, потому что видел по телику целующуюся после выступления пару.

И вот теперь Вера снова принимала поцелуй, стоя на сцене. Но всё было другим: и возраст, и танцы, и «кавалер», и последствия. Если бы она знала, какой будет её жизнь через несколько лет, оттолкнула бы Кира тогда или нет?

Думаю, нет.

Не знаю, что она чувствует к мужу сейчас, но свою дочку безусловно любит. Чтобы это понимать, с Верой даже не нужно общаться. Это просто видно. Да и Кир мне неоднократно её расхваливал.

— Вера — мать от бога! Если бы со мной в детстве носились столько же, сколько Вера носится с Катей, я наверняка вырос бы другим человеком! Мои-то родители вечно на работе пропадали! — сказал он однажды.

— Тебе выгодно превозносить её как мать, чтобы самому проводить меньше времени с ребёнком, — возразил я, зная, как ловко Кир умеет заливать уши комплиментами, чтобы люди делали работу за него. Проходили, знаем. Однако он парировал:

— Да, выгодно. Меня эти детские сопли прям в тоску вводят. Ну не люблю я нянчиться, не моё это! Я ещё посмотрю потом, как ты со своими спиногрызами будешь возиться, когда они появятся. Вот станет Катька постарше, тогда интереснее будет… А Верка и вправду первоклассная мать. Это я без всякого двойного дна говорю…