Онлайн книга «Надеюсь, она не узнает»
|
— Мне тоже. — Костя вздохнул и слегка помрачнел, но взгляд не отвёл. — Однако других вариантов всё равно не было. И знаешь… Я надеюсь, что Кир остынет. Не я разрушил его брак. И не ты. Не может же он всерьёз полагать, что мы начали встречаться давно? Я пожала плечами: — Каждый судит по себе. Я не представляю, что придёт в голову Киру в итоге. Возможно, он и поймёт, что случившееся между нами — следствие его поступков. Но… вряд ли вы потом опять подружитесь. Или ты надеешься?.. — Нет, я не столь наивен. Не быть врагами, нормально общаться — это максимум. В конце концов, он навсегда останется отцом Кати, ты — её мамой, а я… — Я подняла брови, и Костя, хмыкнув, заключил: — Я хочу быть с тобой. Мы сидели на кухне почти в полумраке — верхний свет был выключен, а бра над столом давало совсем немного света — и, держась за руки, смотрели друг на друга. И, несмотря на то, что наша совместная история началась со странного совпадения, тотальной лжи и мордобития, мне было хорошо и уютно сидеть вот так. Молчать и просто смотреть на Костю. Хотя… нет, что я говорю? Наша совместная история началась давно. Просто мы её глупо и по-детски прервали. Мы были словно два путешественника, случайно высадившиеся на разных берегах… Теперь мы вновь сели каждый на свой корабль и поплыли навстречу друг другу, намереваясь найти наш общий берег. — Хорошо, — сказала я и улыбнулась. — Давай попробуем. Эпилог Год спустя Вера Ох, чует моё сердце, сегодня я научусь грызть ногти от волнения… Давно уже меня настолько не трясло! А всё почему? Потому что именно сегодня, спустя год и два месяца, Костя и Кирилл вновь увидятся. Последний раз они видели друг друга в тот вечер, когда подрались. В дальнейшем Кир поставил мне условие — он будет встречаться с Катей только в присутствии меня или свёкров, никакого Кости. Кир не желал ничего о нём даже слышать и попросил меня никогда не упоминать Вершинина в разговоре — настолько злился. Именно на Костю, меня Кир больше ни разу ни в чём не упрекал, не обвинял и не смотрел с презрением. Он вообще старался на меня не смотреть, честно говоря. И если обращался, то исключительно по делу — то есть по поводу Кати. Я думаю, что эта мягкость Кирилла по отношению ко мне появилась благодаря его разговорам со свёкрами. Хотя я не могу утверждать этого со стопроцентной уверенностью, но предполагаю, что так оно и есть. Я не верю, что у Кира получилось бы остыть, если бы не Антонина Павловна и Алексей Дмитриевич. Правда, уговорить его смягчиться ещё и к Косте они всё же не смогли. Передо мной-то Кир был виноват, а вот перед Вершининым нет, и бывший муж считал предательством тот факт, что Костя стал жить со мной. И я в принципе даже могла понять Кира, мне на его месте тоже не хотелось бы общаться с бывшим другом. Но… Катя. Она видела Костю чаще, чем Кирилла, и уже всерьёз начинала называть первого «папа Котя». А вот Кир проскальзывал в её речи как «тот папа», и это обычно сопровождалось маханием рукой в сторону окна. Я понимала, что так будет продолжаться недолго — Катя росла, и ещё через год ей будет сложно объяснить, почему «папа Котя» не может отвести её на встречу с «тем папой», отчего день рождения надо праздновать дважды — сначала с одним папой, потом с другим — и почему при «том папе» нельзя упоминать «папу Котю». |