Книга Если ты простишь, страница 59 – Анна Шнайдер

— Здорово, мам, — дочь зевнула, хлопая сонными глазами. — Папа сказал, что ты поехала на пару месяцев на стажировку, чтобы улучшить свои рабочие навыки… Только город не назвал. Какой это город?

Грудь сдавило, и слёзы отчего-то подступили к глазам.

— Казань…

— Ого. Пофоткай нам местные красоты. А я ещё посплю, а то рано. Папа, правда, уже на пробежку отправился… Ему привет от тебя передать?

Как я не умерла в этот момент? Не знаю.

— Да, — ответила, сглотнув, и улыбнулась через силу. — Конечно передай, Ариш…

34

Лида

У стоматолога мы с Аришкой пробыли около часа, заделывая её кариес, а потом отправились на занятия по английскому языку. Вадим оплачивал репетитора в школе неподалёку, занятия были в группе из четырёх человек. В школе, где училась Арина, язык, на взгляд Вадима, преподавали слабо, вот он и подсуетился пару лет назад, считая, что хотя бы один иностранный нужно знать на «отлично». Вадим и сам прекрасно говорил по-английски, был способен чуть-чуть изъясняться и по-немецки — я подобными умениями похвастаться не могла. Впрочем, чем я вообще могла похвастаться?

Обычно я, ожидая Аришку с занятий, ходила в кафе напротив школы — пила кофе и съедала какое-нибудь пирожное. Но сегодня ничего не хотелось, и я просто села в коридоре и уставилась в ближайшую стену, вновь погрузившись в воспоминания о том, что происходило в течение последних двух недель.

Вспоминать не хотелось. Потому что с того момента, как я пришла к Ромке, ничем хорошим и правильным я не занималась. Думаю, будет лишним упоминать, что он использовал меня где хотел и когда хотел, и я даже не возражала — мне нравился Ромкин темперамент. Вадима тоже не назвать холодным человеком, но Ромка-то вообще ураган…

А потом я неожиданно осознала, что всё время сравниваю их. Это случилось вечером того дня, когда мы приехали в Казань, разложились в гостинице и отправились гулять по городу. Концерт у ребят был только на следующий день.

Четверо парней-музыкантов находились на своей волне, беседуя о том, что их интересовало, и ни капли не беспокоились, что мне может быть с ними скучно. Вадим так никогда не делал. Когда муж понял, что я не вписываюсь в компанию его друзей, что мне с ними некомфортно, он постарался минимизировать наше общение. А если нам нужно было посещать какие-то совместные мероприятия, делал всё, чтобы я не чувствовала себя там как пятая нога у собаки.

Ромка ничего подобного не предпринимал. В целом ему было на меня наплевать, и это очень чувствовалось. Не могло не чувствоваться — на контрасте с отношением Вадима…

В тот первый день с нами была ещё одна девушка — как я поняла, невеста гитариста, и вот по её отношению ко мне я поняла даже больше, чем по отношению парней. Они-то были равнодушны, да и помнили меня немного — Ромка знакомил их со мной в прошлом. А вот Лию — так звали девушку — не знакомил. И она смотрела на меня с откровенной насмешливостью и язвительной снисходительностью — я тысячу лет не ловила на себе подобных взглядов. Словно я была девочкой с помойки, которая неожиданно решила, что ей пойдёт пальто из элитного бутика, но забыла, что на ногах у неё грязные и рваные ботинки.

Когда мы ужинали в кафе и Лия вышла в туалет, я аккуратно рассказала о своих ощущениях Ромке, но он только отмахнулся и заявил, чтобы я выбросила из головы подобные глупости.