Книга Помощница и её писатель, страница 60 – Анна Шнайдер

— Нина! — послышался вдруг чей-то голос со стороны автомобильной стоянки, и я, вздрогнув, обернулась. А увидев, как ко мне, улыбаясь, будто ничего не случилось, и держа в руках здоровенный букет алых роз, идёт Андрей, едва не уронила челюсть на асфальт.

А может, я всё ещё сплю? И мне просто кошмар снится?

Я даже за ладонь себя ущипнула, чтобы проверить. Больно! Значит, не сплю… А жаль.

— Привет, — ласковым голосом произнёс Андрей, подойдя ко мне практически вплотную. — А я тебя ждал. Давай поговорим, Нин?

Очень хотелось его стукнуть. Но во-первых — чем? Сумка у меня не то чтобы очень тяжёлая, даже фингал не поставишь. А во-вторых — тогда к проблемам с работой у меня появятся проблемы с полицией. Герасимов не из тех людей, которые стерпят подобное унижение.

Уверена, если бы я в порыве злости залепила пощёчину Олегу, он забыл бы о ней на следующий же день…

Интересно, а почему я в этом уверена вообще? Хм…

— Я на работу спешу, — пробурчала я и сделала шаг в сторону, но Андрей остановил меня, буквально впечатав букет мне в грудь. — Слушай, не надо, а? Я правда спешу, да и не о чем нам разговаривать.

— Значит, правду говорят, когда обсуждают, что ты теперь секретарём у Бестужева работаешь? — ехидно хмыкнул Андрей, но мне почудилось в его усмешке какая-то уязвимость. — Стыдно, Нина. Из ведущего редактора — в секретут…

— Стыдно должно быть не мне, — перебила я Герасимова и вновь сделала шаг в сторону. Андрей, естественно, отправился за мной, не давая пройти дальше. Ну что мне, убегать от него? Глупо как-то, взрослые люди вроде. А главное, сегодня подморозило, и на улицах сейчас тот ещё каток. Грохнусь, потом костей не соберу. — Да отстань ты от меня, Андрей! К невесте своей приставай.

— Давай-ка ты меня просто выслушаешь, — настаивал он на своём, пихая мне в нос цветы. — Только не здесь, холодно. В машину садись. Отвезу тебя к дому Бестужева, а по пути поговорим.

— Никуда я не сяду, — возмутилась я искренне. — А будешь силой тащить, так заору, что все из окон вылупятся. Быстро говори, что надо, и расходимся. Две минуты у тебя!

Андрей поджал губы. Красивые такие, чувственные мужские губы, и тем не менее они всегда казались мне порочными. Да и сам Герасимов… Он ведь с самого начала напрягал меня, я понимала, что он испорченный деньгами мальчишка. Да, мальчишка — хотя по возрасту он был моим одногодкой, вёл себя Андрей зачастую как подросток, у которого за спиной богатый папочка, способный «порешать» любые проблемы.

Но несмотря на это, раньше Андрей казался мне красивым. Густые тёмные волосы, серо-голубые глаза, правильные черты лица, чёткая линия мощной челюсти. Даже нос с горбинкой не портил, а придавал Герасимову какую-то изюминку. Всё портил исключительно его характер, благодаря которому Андрей теперь виделся мне совершенно в другом свете.

Меня вообще тошнило, когда я на него смотрела.

— Значит, так, — выдохнул он резко и повелительно, — ты сейчас берёшь букет, садишься в машину и проводишь со мной день. Бестужеву скажешь, что увольняешься. С понедельника ты будешь восстановлена в должности, в качестве компенсации тебе выплатят премию. Приличную, даже не беспокойся. И забудем эту неприятную историю.

Несмотря на то, что я ожидала нечто подобное, поразил меня Андрей до глубины души.