Книга Друзья или любовники?, страница 12 – Анна Шнайдер

— Ага. Мама меня привезла и сказала, что я недельку тут поживу, пока она дела свои поделает. Час назад примерно. Я ничего не поняла, пап, дедушка с бабушкой тоже недовольны…

Конечно, Аркадий Максимович и Инга Михайловна недовольны — они терпеть не могли форс-мажоры. С Соней посидеть были не против, но по договорённости, а не как сейчас получилось, когда Лиля им просто передала дочь, будто балласт, и умчалась. Даже спрашивать было не нужно куда. И так понятно.

Интересно, тесть и тёща в курсе или пока в неведении?

С родственниками Лили у Яра были спокойные, ровные отношения. Любви и близости особой не имелось, но уважение и принятие — вполне. У Аркадия Максимовича была своя фирма по доставке цветов, а Инга Михайловна уже много лет занималась тем, что делала авторские куклы. Очень красивые, шарнирные, в оригинальных платьях, с аксессуарами. Она их продавала, но основной доход в семью приносил всё же Аркадий Максимович. Когда-то тесть предлагал Яру перейти к нему в фирму начальником отдела логистики, но Корнеев к тому времени уже сильно вырос в должности там, где начинал ещё учась в институте, — в транспортной компании, занимающейся организацией грузовых перевозок по всей стране. Там решил и остаться, рассудив, что в любом случае не хочет работать под началом тестя. Отец всегда говорил, что не стоит рассчитывать на родственные связи, всегда надо самому из себя что-то представлять. И уж тем более не нужно переходить на работу туда, где тебя могут уволить не за службу, а, что называется, «за дружбу».

Сейчас Яр со всей ясностью понял, что всё сделал правильно. На носу развод с Лилей, и этого уже не изменить. Будет ли Корнеев нужен тестю после того, как перестанет называться мужем его дочери? Вряд ли.

— Ты только не переживай, Сонь, — сказал Яр, вздохнув. — Я сейчас позвоню бабушке…

— Да не надо, она вот тут, рядом. Я ей трубку просто дам, — тут же предложила Соня и, судя по всему, сразу воплотила свой план в жизнь. — На, ба.

— Алло, Ярик? — услышал Корнеев прохладный голос Инги Михайловны. Несмотря на то, что мама Лили всегда относилась к Яру без особого радушия, называла тем не менее она его исключительно Яриком, как маленького мальчика. — Я сейчас выйду из комнаты, чтобы поговорить спокойно. Подожди немного… Всё, вышла. Итак, рассказывай, что за ерунда происходит у вас с Лилей.

Отлично. Значит, жена даже собственным родителям ничего нормально не объяснила, оставила эту прерогативу Яру. Молодец, что уж там.

Был за Лилей такой грешок, Корнеев это знал, — неприятные обязанности она любила перекладывать на кого-то ещё. Иногда подобное умиляло, порой бесило, но сейчас Яра даже ничего не колыхнуло, словно он уже перегорел возмущением по отношению к Лиле.

Да, она эгоистка. Всегда была и всегда будет.

— Мы разводимся, — признался Яр и рассказал всё ровно так, как было, — что примерно неделю назад Лиля пришла с работы и вывалила на него признание о своём романе. И сегодня утром он переехал, вернулся в старую квартиру, где раньше жил с отцом.

Инга Михайловна слушала молча, но, когда Корнеев замолчал, негромко припечатала:

— Идиотка.

— Что? — удивился Яр. Мама его жены была человеком исключительно культурным и образцово вежливым, и таких слов за почти девять лет брака он от неё не слышал никогда.