Книга Слишком хорошая, страница 45 – Анна Шнайдер

Его Янки. Его любимой, замечательной сестрёнки, которая должна была получить золотую медаль, но так и не получила.

Пока Макс задыхался от горя из-за ухода мамы, Янка начала гулять по вечерам и даже ночам. Он не обращал внимания, ему не было до этого дела. Искренне считал сестру уже взрослой…

В итоге Яна связалась с плохой компанией и однажды просто не пришла домой.

Её нашли через неделю, когда Максу казалось, что он оказался в аду. Но легче не стало — её нашли не живую. И убийц вскоре арестовали, и потом посадили надолго, но это было уже неважно.

Почему он не вызвал маме скорую с вечера? Если бы Макс не пошёл спать в тот день, она, возможно, была бы жива.

Почему он не следил за сестрой, бросил её на произвол судьбы? Яна была совсем ребёнком, она тоже страдала. А Макс, погрузившись в собственное горе, совсем ни о ком не думал.

Если бы он не забыл о сестре, она была бы жива.

Как же он жалел! До сих пор не мог вспоминать спокойно.

Стоило ли удивляться, что с тех пор Карелин абсолютно не желал заводить семью? Деньги отлично симулировали счастье, а любить и терять Макс больше не хотел.

Ему хватило.

Наташа

Несколько секунд простояв в прихожей, просто глядя на закрывшуюся за Владом дверь, Наташа думала обо всём случившемся за день. Крайне необычный день, да…

Хотя ладно ещё — Макс. С ним давно всё понятно. Нет, наоборот — с ним давно ничего не понятно, полнейший хаос, но Наташа привыкла. Привыкла, что они существуют рядом, но не вместе, что вечно на ножах — причём тупых, — привыкла к его меняющимся девушкам, насмешливым взглядам… Да, сегодня всё было иначе, но в целом вписывалось в привычную хаотическую картину.

А вот Влад…

Отвернувшись от входной двери, Наташа посмотрела на своё отражение в зеркале гардероба и, поддавшись порыву, подняла руки, чтобы распустить стянутые в пучок волосы. Они рассыпались по плечам — кудрявые, непослушные, тёмно-русые, — и Наташа внезапно вспомнила, как Макс когда-то очень давно любил так же распускать ей волосы, когда они сидели вдвоём в машине, а потом ворчал, что его «бесит этот дурацкий пучок».

— Могу делать хвостик, как маленькая девочка, — смеялась Наташа, глядя в его ласковые глаза. — Распущенные волосы мне мешают. Для косички они коротковаты, а ниже лопаток я не отращиваю — лезть начинают. Да и косичка в офисе у Эдуарда Арамовича — сам понимаешь…

— Ну, с другой стороны, — довольным котом щурился Макс, — зато тебя вот такую вижу только я, и мне это нравится…

Сейчас, вспоминая те его слова, Наташа непроизвольно улыбнулась. А ещё — вгляделась в собственное отражение, сама не до конца понимая зачем.

В далёком детстве, осознав, что не обладает выдающимися внешними данными, Наташа пришла к выводу, что важнее внешности твой собственный настрой, как ты держишь себя. Даже самую прекрасную внешность не спасти, если держаться неуверенно и сутулиться. Поэтому она себе такого не позволяла — шла по жизни, расправив плечи, и старалась всегда сохранять уверенность и достоинство. Она знала, что в том числе этот факт привлекал Акопяна-младшего — Эдуард Арамович несколько раз говорил ей, что она внушает ему спокойствие одним своим видом. И Наташа в целом всегда была довольна тем, что видела в зеркале, — это был секрет её уверенности. Хотя такая девушка, как Диана, например, в принципе не поняла бы, как можно быть довольной, имея лишний вес и одеваясь неярко, почти не красясь и не делая маникюр.