Книга Слишком хорошая, страница 118 – Анна Шнайдер

— Ты имеешь в виду — на щеколду? Нет.

— Рискованно.

— Не более, чем начинать отношения в нашем с тобой возрасте.

Вздрогнув, Карелин резко обернулся и, поймав тёплый Наташин взгляд, сделал шаг вперёд, отметая в сторону все сомнения.

Не свои — её.

У него сомнений уже давно не было.

Наташа

Она сошла с ума, какая досада…

Впрочем, нет — досадой происходящее точно нельзя было назвать. И даже если впоследствии ничего не получится, Наташа будет помнить каждое мгновение, полное совершенства.

Никто и никогда не смотрел на неё так, как смотрел Макс — и это было совершенно. Никто и никогда не целовал её так, как он — и это тоже было совершенно. И его руки, нежные и требовательные, и тихий голос, шепчущий на ухо, как же он её хочет, давно и безнадёжно — всё было совершенно.

И самой себе в эти мгновения Наташа тоже казалась настоящим совершенством.

Наверное, это и есть любовь — когда ты не смущаешься, не сомневаешься, не думаешь, как выглядишь со стороны без всякой одежды, не боишься показаться смешной — просто наслаждаешься, и всё. И кажешься себе прекраснейшей из женщин… а он — прекраснейшим из мужчин.

Глаза у Макса были словно два огненных омута — и затягивали в свою глубину, и гладили тёплым пламенем, а порой и обжигали, заставляя задыхаться. Дрожащие и нетерпеливые руки помогали ей раздеваться и раздевали себя — и Наташе чудилось, что они не знают, за что схватиться первым. Как будто принадлежали не мужчине, у которого женщин было больше, чем у Наташи пальцев на ногах и руках, а впервые влюбившемуся юнцу.

Впрочем, она вела себя ещё нелепее, вообще запутавшись в собственной одежде и умудрившись сломать молнию на джинсах — из-за чего их со смехом пришлось спускать прямо так, не расстёгнутыми. Хорошо, что они были Наташе чуть великоваты — иначе она застряла бы в штанах, вот уж где была бы настоящая досада!

Она думала, что Макса не хватит на долгие прелюдии — всё-таки слишком жадным был его взгляд, слишком порывистыми руки, — но Карелин её удивил. И когда они оба оказались обнажёнными, увлёк Наташу на диван и принялся целовать — жарко, но в этот раз неторопливо, тягуче, наслаждаясь каждым прикосновением.

— Я слишком долго ждал, чтобы торопиться, — прошептал Макс, будто услышав её мысли, и улыбнулся, когда она задрожала, почувствовав его губы на своей груди.

— А у меня слишком долго не было мужчины, — призналась Наташа, взъерошивая волосы Карелина. Она не была уверена в том, что он вообще услышал её слова, увлечённый поцелуями. Конечно, грудь у неё большая — есть где разгуляться, и Макс явно наслаждался своим путешествием, с каждым прикосновением вызывая в Наташе волну требовательного жара. Он скапливался, концентрируясь, между её ног, и когда Карелин наконец положил туда ладонь, лаская и надавливая, весь этот жар тут же вспыхнул мощным костром, опалив её всю и оставшись на его пальцах вожделенной влагой.

— Провокационно, Наташ, — улыбнулся Макс, продолжая выводить губами и языком узоры на её груди. — Но я всё равно не хочу торопиться. Придётся потерпеть.

— Издеваешься?

— Нет. Тебе понравится.

— О, в этом я не сомневаюсь! — почти прорычала Наташа, обхватывая Макса и поднимая выше, чтобы поцеловать в губы. Он тут же с готовностью последовал её желанию, и их языки сплелись в яростном танце, будто пытаясь подчинить друг друга.