Книга Слишком бедный, страница 32 – Анна Шнайдер

— Просто от тебя сложно оторваться, — усмехнулся Тимур, чуть прикусив её нижнюю губу — и вытащил пальцы, приподнимаясь, чтобы стащить свитер и рубашку. Вот теперь мужчина уже не медлил, и так же быстро избавился от джинсов вместе с трусами. Диана не отказала себе в удовольствии посмотреть на него ниже пояса и сглотнула в предвкушении.

И всё-таки страсть захватила не только её, но и партнёра — Диана осознала это, как только Тимур, оставшись обнажённым, вошёл в её тело резким движением, но сразу замер и выдохнул сквозь зубы:

— Презерватив… забыл.

Диана думала, он пойдёт искать упаковку с защитой, но Тимур, прошептав неожиданное: «Плевать», упал на неё и задвигался, больше не сдерживаясь.

Да, теперь он не медлил — словно превысил лимит своего терпения. Двигался энергично, заходя максимально глубоко, и пока брал Диану, смотрел ей в глаза, не отрываясь, будто старался прочитать мысли. И этот взгляд возбуждал девушку ничуть не меньше остального…

Вершины удовольствия они достигли одновременно, но Диана отчего-то ощутила разочарование, когда Тимур всё-таки вышел из неё, чтобы излиться ей на живот. Глупое чувство, но ей хотелось, чтобы он остался внутри. Чтобы забыл обо всякой осторожности…

Так, как она забывала обо всём, когда смотрела на него.

Тимур

Отказаться от чего-то желанного гораздо проще, когда ты ещё это не попробовал. После того как попробовал — уже почти невозможно.

Глядя на Диану, которая лежала под ним и блаженно улыбалась, смешная в этой своей беззаветной счастливости, Тимур думал о том, как же ему хочется задержаться в нынешнем мгновении. Когда они просто вместе, просто смотрят друг другу в глаза, и так хорошо, как будто там, за порогом этой квартиры, нет никаких проблем.

— Я тебя люблю, — вдруг шепнула Диана, а затем, слегка порозовев, спрятала лицо, уткнувшись в шею Тимура. Коснулась губами его разгорячённой кожи, глубоко вздохнула и призналась: — Мне очень нравится, как ты пахнешь. Хотя обычно взмыленные мужчины вызывают у меня желание поскорее их помыть.

Тимур улыбнулся и сел, утягивая Диану за собой, чтобы устроить у себя на руках. Она села не как наездница, а как маленькая девочка, свесив ноги с другой стороны и прижавшись к груди Тимура с явным удовольствием.

— Думаю, несмотря на то, что тебе нравится, как я пахну, помыть меня мы тоже сегодня успеем, — ответил он, положив свою щёку на её макушку. — А пока давай всё-таки допьём чай.

— Голыми? — она хихикнула.

— Ну, если ты смущаешься, можем одеться.

— Нет-нет, я только за!

А дальше было форменное безобразие, но Тимуру понравилось. Он вообще уже давно не чувствовал себя настолько беспечным, да и в целом молодым, как рядом с Дианой. Давно не жил только для себя, во всех его поступках в последние годы львиной долей был мотив заботы о Мирославе. Но сегодня Тимур проигнорировал тот факт, что дочери не хочется видеть в его жизни другую женщину — и даже стыдно не было.

В кои-то веки он вспомнил, что тоже личность и имеет право расслабиться рядом с девушкой, которая вызывала в нём взрыв самых разнообразных эмоций.

В Диане удивительным образом сочеталось что-то взрослое, искушённое и почему-то больное, но в то же время — беззащитное, ранимое и детское. Она могла смутиться от безобидного признания в любви, а через несколько минут бесстыдно делать минет, при этом лаская себя между ног так, что у Тимура в голове мутилось. И не смущалась ни капли, когда он, не выдержав сладкой пытки, заставил её подняться с пола и сделал то, что не позволял себе делать раньше ни с одной другой женщиной — уложил Диану головой вниз, а попой на диван, с ногами на плечах, — и занялся с ней сексом в такой позе. Хотя, на взгляд Тимура, больше к этому действию в данном случае подходило слово «трахнул», но Диана не смутилась подобному бесстыдству, напоминающему порнофильм — даже наоборот, ей явно понравилось, и глаза блестели от восторга, а с губ срывались исключительно стоны удовольствия.