Книга Измена. Я выбираю (не) тебя, страница 90 – Лена Грин

— Хорошо выглядишь, — как можно приветливее заметила она.

— Спасибо, ты тоже.

Нам принесли чайник зелёного чая, как нельзя лучше для сегодняшней погоды.

— Я слышала, ты планируешь связаться с Александром? — начала она, опустив глаза.

— Планирую. Ты против?

— Это не имеет значения. Я рассказала тебе правду. По большей части, — смутившись, добавила она.

— Так-так, — улыбнулась я. — А меньшая часть?

— Об этом мы тоже поговорим. А пока я хочу попросить у тебя прощения. Я не должна была говорить… Это неправда, что я не была рада твоему рождению.

— Да? А мне показалось, ты была искренней.

— Пойми, я тогда была молоденькой дурочкой.

— Те времена давно прошли, — прервала я её. — Но ты до последнего относилась ко мне, как к падчерице. Будто не ты меня родила, а муж от любовницы в дом привёл.

— Это не так. Разве между нами было мало хорошего? Помнишь, когда я забирала тебя из художки, мы обожали с тобой гулять в парке и есть мороженое? А ещё я шила тебе костюмы на школьные выступления. Помнишь? — она с надеждой заглянула мне в глаза, а у меня стоял ком в горле. — А ещё я учила тебя вышивать.

— Мама, — прервала я её. — Ты никогда не водила меня в художку. Ты путаешь меня с Викой. Костюмы ты мне шила, ругаясь, что я опять от тебя что-то требую, пора бы и самой научиться. Это в девять-то лет. А про вышивки эти вообще бы не вспоминала. Я столько наслушалась про бестолочь и безрукую, что мне на всю жизнь хватит.

Мама слушала мою отповедь, мрачнея.

— Я не была идеальной, знаю, — бросила она. — Но ты и сама пойми, я была обижена на него. Родители на меня постоянно давили, жизнь была непростой. И я одна воспитывала тебя, пока не встретила Олега.

— Да, тебе было непросто, — согласилась я. — Как и любой матери-одиночке. Но с появлением папы ничего не изменилось, хотя он взял все финансы на себя. Ты и тогда не стала относиться ко мне теплее. Я только не понимаю, зачем нам эти разговоры сейчас.

— Затем, что нельзя всю жизнь обижаться, — нахмурилась мама.

— Кто так сказал?

— Что? — не поняла она.

— Где это написано?

— Прости, я не понимаю…

— Между нами никогда уже не будет настоящей любви. Наши отношения не сформировались правильно в нужный момент. Они только ухудшались год от года. Ты не представляешь, сколько обид я тебе сейчас могу припомнить.

— Катя, ну я же не монстр какой-то!

— Ты не монстр, — чуть успокоившись, ответила я. — Ты моя мама. Такая, какая есть. Такой я тебя и принимаю. И ты прими, что так просто тепло между нами не вернёшь.

— Но мне бы этого хотелось, — помолчав, произнесла она, как мне показалось, искренне.

Я пожала плечами, не зная, что ответить.

— Зачем тебе это? Я выросла, не маячу перед тобой раздражающим пятном. Зачем ты хочешь возвращать в свою жизнь неприятное воспоминание об Александре?

— Не говори так, — всхлипнула она, взяв меня за руку. — Никакое ты не пятно. А вот я дура, что винила тебя.

Под конец она расплакалась. Мне стало неудобно, и я понятия не имела, что делать. Была бы это Полина, я бы тут же обняла её, а мама…

— Не надо, мам, не плачь, — я протянула ей платок.

— Давай хотя бы попробуем, — всхлипнула она.

Я молча кивнула.

— У меня ещё кое-что есть, — вытерев слёзы, продолжила она. — Это о том, что я не рассказала.

Я еле удержалась, чтобы не закатить глаза. Ну конечно, сейчас откроется какая-то новая подробность.