Книга Измена. Во власти конкурента, страница 70 – Лита Летинская

Вздыхаю. Ну, спелись. Теперь никакие мои аргументы не переубедят их, что нам здесь удобно.

А еще через день мы узнаем пренеприятнейшую новость.

— Руслана задержали, Лада. За подозрение в похищении детей. — огорошивает меня отец.

Шокирующая новость о заключении Руса под стражу сменяется не менее шокирующим звонком его матери. Она не преминула обвинить меня во всех бедах их семьи вплоть до смерти свекра. Впрочем, как всегда. Но раньше как раз отец Руслана останавливал эту сварливую женщину, подозреваю большинство ее негатива не доходило до меня, теперь же не осталось человека способного повлиять на эту женщину и закрыть ей рот. Рус, ранее бывший на моей стороне, закрыт в следственный изолятор и едва ли пожелает урезонить свою мать.

Развод с мужем затягивается. Адвокат Руслана ходатайствовал о переносе суда в связи с нахождением его клиента в заключении, суд оказался на стороне ответчика, отложив заседание на месяц. Так и оставив в подвешенном состоянии. Никто и не предполагал, что будет легко. В разговоре с адвокатом мы обсудили стратегию поведения на судебных заседаниях. Адвокат сказал измена без доказательства не будет рассмотрена на суде, как веская причина для расторжения брака, все равно что голословно обвинять невинного человека, если только супруг сам не признается в адюльтере, что сомнительно. Руслан не собирается расставаться с детьми и настаивает на совместной опеке, что тоже странно, до всех событий он не собирался делится детьми. Даже если он действительно замешан в «похищении» детей. До развода и решения суда о раздельной опеке, он все равно остается отцом мальчиков и то, что он не сообщив мне, поменял место жительства детей не будет считаться похищением.

Новые обстоятельства, выясненные после работы психолога с мальчиками, вскрыли новые факты, что затруднило и без того запутанное дело.

Теперь уже точно, стало ясно, это было не что иное, а целенаправленное похищение детей. Данька признался в разговоре с психологом, что сначала их держали на территории какого-то заброшенного склада, а лишь в последний день перед тем, как нашли мальчиков, их перевезли в наш новый загородный дом, в котором мы ни дня не прожили, абсолютно безлюдный, где мальчики провели в одиночестве еще пол дня. К сожалению никаких разговоров похитителей они не слышали, на складе их постоянно держали в изолированном помещении с наглухо заколоченными окнами, а в доме их и вовсе оставили одних, как выяснилось позже, о чем они сами не подозревали, запертые в одной из комнат, где их и нашли впоследствии. Их молчание было обусловлено угрозами похитителей навредить их отцу если проболтаются, где их держали.

После этой новости я должна была победить как минимум, сколько моим мальчикам пришлось перенести невзгод из-за моей беспечности и нерасторопности. Ведь если в тот день мы были чуть быстрее всего этого могло и не произойти.

Слова мамы, что мы ничего не смогли бы сделать, так суждено, не успокаивают, а вгоняют в еще большее уныние и тоску. Сколько же еще испытаний впереди ждет моих мальчиков за их жизнь.

Эти мысли меня не оставляют, когда я подхожу к офисному зданию, в котором в последний раз видела Руслана при не очень лицеприятных обстоятельствах. Немного с опаской подхожу к дверям. Я знаю, что Руслана здесь нет, но память неумолима, она подкидывает мне картинки последней нашей встречи. Делаю глубокий вдох и выдыхаю, прогоняя навязчивые видения.