Онлайн книга «Измена с молодой. Ты все испортил!»
|
На полностью разложенном водительском сиденье лежал мой муж, в блаженном экстазе приоткрыв рот. Правой рукой схватив за светлые волосы то самое несуразное нечто, при лучшем обзоре оказавшееся Акопян, он двигал ею верх и вниз, верх и вниз, пока вдруг не замер, лицо его исказила гримаса наслаждения. Он повернул голову вправо и открыл глаза. Встретился со мной взглядом и, наверное, выпав из реальности, привычно довольно улыбнулся, как делал каждый раз после нашей близости. В нашей постели. В нашем доме! В следующее мгновение, осознав абсурдность ситуации, он резко вскочил. Припечатал коленями к рулю затылок девки. Дернулся от боли. Резко оторвал ее от себя. Лицо его покраснело, но он продолжал смотреть на меня. — Ксюша… — прочла по его губам. А я, не в состоянии больше стоять там, медленно попятилась назад. Шаг. Еще шаг. Затем повернулась и побежала к своей машине, что было сил. Хотелось поскорее уехать с этой проклятой парковки, гнать на полной скорости прочь, чтобы мерзкое видение, все еще стоящее перед глазами, исчезло, распалось на мелкие пылинки, растворилось в набравшем силу снегопаде. Ключи! Где эти чертовы ключи⁈ Глава 5 Казалось, время замедлилось, давая мне возможность прийти в себя. Но было только хуже. Отвращение накатывало волнами, каждая последующая разрушительнее предыдущей. Карен и Рита. Мой муж, вчера утром попрощавшийся со мной долгим поцелуем, и Акопян. Карен и его якобы сестра. Эта мысль отозвалась болезненным спазмом внизу живота. Я до скрежета сжала зубы, пытаясь удержать рёв, вырывающийся изнутри. Рылась в сумке в поисках ключей, перевернула, вывалив на припорошенный снегом асфальт, все ее содержимое. Кинулась на колени, ползала вокруг своей машины, в отчаянных поисках брелока с ключами. Старого, металлического, в выгравированным на нем монохромным изображением: я смотрю в кадр, Карен — на меня. Мы прячемся от дождя в ближайшей к его работе кофейне, замечаем фотобудку и одновременно залетаем в нее. С первого раза не получается сделать фото. Я сосредоточенно позирую в объектив, Карен дурачится. Мне двадцать лет, я влюблена, счастлива… Видение растворилось, уступив место очередной волне горечи. Всё начало обрастать новым смыслом. Их случайные касания, скрещенные взгляды, ее чертова зарплата. Ее реакции на мои появления. «Привет, сладкий!» К горлу подкатила тошнота. Как часто они прятались в кабинете Васи, что даже попугай выучил эту пошлость? А я еще решила, что это Грабовский во всем виноват. Дура. Слепая, наивная дура! Всё оказалось до будничного просто и банально. Шеф и подчиненная. И о них знали все. Все… Быстрыми кадрами перед глазами возникали и исчезали взгляды мамы и Норы. Вот, они серьезно смотрят друг на друга. Затем — с улыбками на меня. Знакомыми до каждой морщинки улыбками смотрят и предают меня. И боль от их предательства не меньше. Я им верила. А они знали… «Гог, а это кто?» — всплыла в памяти фраза свекрови, будто специально, чтобы я смогла за нее ухватиться. Может, мама не знала? «Это ты во всем виноват!» — прозвучало в голове следом. Отец тоже знал. Господи, он тоже знал и покрывал его! Из груди вырвался долгий стон. Приди в себя, Ксения! Нащупав между передним и задним колесом характерные контуры, схватила находку, поднялась на ноги. Промокшие насквозь брюки палаццо облепили голени. «В первый раз надела, и уже на выброс», — вылезло откуда-то из подсознания и тут же улетело в небытие. Всё равно. Неважно. |