Книга Развод. Ты всё испортил!, страница 14 – Аника Зарян

— О чем ты задумалась? – прерывает молчание Артём.

— О том, как непредсказуема жизнь.

— Это точно, – соглашается, не сводя глаз с дороги.

— Сегодня я счастливая жена и мать, а завтра – без пяти минут разведенная женщина с двумя детьми в поисках работы.

— И где ты собираешься работать? – спрашивает он, деликатно обойдя информацию о разводе, за что я ему очень благодарна.

— Еще не знаю. – отвечаю искренне. – Всё случилось неожиданно.

— Может, я могу помочь?

— Не думаю, но спасибо за предложение.

— Это не мое дело, но, – после недолгой паузы вдумчиво тянет он, – ты приняла правильное решение.

— Я знаю.

— А еще, жизнь, правда, непредсказуема. – подмигивает. – Теперь я знаю, где ты живешь.

Действительно.

Я и не заметила, как доехали.

Артём паркуется перед домом.

А я вспоминаю, что моя машина в очередной раз осталась у «Сахара». Правда, припаркована со всеми нарушениями. И мне становится смешно.

— Я сказал что-то смешное?

— Нет, я просто поняла, что каждый раз, когда мы пересекаемся в твоем баре, я уезжаю без своей машины.

— Может быть, это какой-то знак? – произносит он перед тем, как я поворачиваю ключ в замочке двери.

Захожу внутрь, придерживаю дверь рукой.

— Я не верю в знаки, – отвечаю на его вопрос, а потом даю понять, что ему пора. – Спасибо, что подвез.

Он кивает, отступает назад.

— А может быть, стоит?

Разворачивается и уходит.

А я закрываю за ним дверь и устало сползаю на пол.

А может быть, и стоит.

Если бы я умела видеть знаки, возможно, поняла бы раньше, как меня водил за нос собственный муж. Как я создала в своей голове образ безупречного во всех отношениях человека, не замечая, что он всё это время просто лепил из меня удобную жену. А потом начал лепить из Акопян копию меня той, прежней, настоящей.

Губы растягиваются в горькой ухмылке от этого осознания.

А может, и стоит...

Глава 5.

«То есть, ты теперь у нас безработная?» – спрашивает Оля, когда я рассказываю в чате о том, что Грабовский подписал моё заявление.

«Получается, да, девочки».

Ставлю на стол высокий стакан с соком, тарелку с овощами и омлетом. Сложные блюда я не готовлю – не для кого стараться, а мои вкусы довольно сдержанные. Но после случая с обмороком стараюсь не пропускать приемов пищи.

«А что Карен?» – приходит следом от Кати.

Звонил, пробовал отчитать.

«Ксюша, что за глупости ты творишь?! Неважно, что между нами происходит, я всё равно в ответе за тебя. Конечно же, я буду тебя и дальше содержать, какая другая работа, какое увольнение?»

Хочет и дальше быть в курсе моих действий? Не может никак осознать, что я больше не буду докладывать ему о каждом своем решении? И слово какое липкое - содержать... Бросила трубку, не дослушав его отчаянный монолог.

Сообщаю об этом подругам, на что получаю череду одобряющих смайлов и реакций под самим сообщением.

О том, что он заявился тем же вечером с требованием объясниться, почему я поменяла машину, я умалчиваю. Мне до сих пор непривычно делиться с кем-то не из родственников подробностями своей личной жизни. Раньше, не считая самого Карена, мне хватало Норы и свекрови. Мы жили вместе, разве могло быть по-другому? Даже с мамой и сестрой я не была настолько откровенна, как с ними.

А после того, как Лена пробовала уговорить меня простить Карена, я поняла, что пока не готова разговаривать с ней.