Книга Муж моей подруги, страница 67 – Мила Младова

— Мама! — Рита наклонилась вперед и коснулась моего плеча. — Что с тобой такое?

Челюсть Мити сжата, а лицо покраснело от сдерживаемых эмоций, в то время как лицо Риты выпучилось от гнева. Ваня уставился на меня, широко раскрыв глаза, Эля плачет.

— О Боже, Митя, прости меня. Дети, простите. Простите меня. Я испугалась. Эля, милая, прости. Митя, прости меня.

Мы идем домой в тишине. Никто из детей не забудет этот вечер. Они никогда больше не будут доверять мне.

На следующий день наконец выглядывает солнце. Спускаясь по лестнице, Эля ушибает палец на ноге и разражается безудержными слезами. Я пытаюсь утешить ее, но она продолжает плакать. Боже, неужели она сломала палец?

— Возьми меня за руку и прыгай в гостиную, — говорю я ей. — Я принесу что-нибудь холодное.

— Я хочу к маме! — всхлипывает она.

Я усаживаю ее на диван, набираю номер Киры и отдаю телефон Эле. По выражению ее лица я могу сказать, что Кира отказывается приехать.

В тот вечер я звоню Володе. Он обещает приехать в выходные.

Я ожидаю, что мои собственные дети будут грустить и капризничать, когда Степановы уедут, но, к моему удивлению, они не кажется расстроенными. Вечером мы втроем сидим на крыльце, наслаждаясь чудесной погодой и тишиной. Рита спрашивает меня, как здесь было, когда я была девочкой. Ваня лежит, положив голову мне на колени, он почти уснул. Рассказывая дочери о своей тете и о днях моего детства в этом доме, я запускаю пальцы в золотистые кудри своего сына.

Август 2021 года

Максим не отвечает на мобильный, поэтому я звоню ему в редакцию.

— Не бросай трубку, — говорю я. — Нам надо поговорить. Ты планируешь приехать?

— Нет.

— Дети скучают по тебе.

Он не отвечает.

— Ты сдавал анализы?

Он не отвечает.

— Что мне сказать детям? Ты несправедлив к ним, Максим. Ты наказываешь их больше, чем меня.

Он не отвечает.

— Максим, пожалуйста. Я так напугана. Я так одинока.

Он не отвечает.

— Я возвращаюсь домой на этой неделе, — говорю я ему. — Детям слишком тяжело без тебя.

Он не отвечает, и я бросаю трубку.

Рита и Ваня помогают мне собирать вещи. Теперь я скучаю по тому, что раньше вызывало у меня раздражение. К примеру, Максим или Кира всегда спрашивали: «Ты выбросила все скоропортящиеся продукты?», «Все окна закрыла?» Мне этого не хватает.

Дети взволнованы возвращением домой и, вероятно, нервничают из-за отсутствия отца. Они успокаиваются только, когда мы заезжаем в Краснодар.

Автомобиля Максима нет на парковке перед домом.

— Мы приехали?

Рита шевелится на заднем сиденье.

— Приехали. Открой дверь. Я понесу Ваню.

В тот момент, когда мы входим в квартиру, я понимаю: Максим здесь не жил. Воздух горячий и спертый, давящий. Я несу Ваню в его спальню. Рита откидывает одеяло, и я осторожно укладываю своего маленького мальчика в его кровать. Я развязываю один кроссовок, Рита развязывает другой. Мы снимаем с него носки. Он причмокивает губами и хнычет, но не просыпается. Я натягиваю на него одеяло. Одну ночь пусть поспит в одежде.

Рита помогает мне занести сумки с нашими вещами, и тогда я говорю:

— На сегодня достаточно, милая. Иди спать.

Она смотрит на меня, ее темно-каштановые волосы растрепаны.

— Мама, где папа?

— Он, наверное, работает.

— Мама. Я не полная идиотка.

— Милая...

— Что происходит? Послушай, я не скажу Ване. Расскажи только мне!