Книга Хвостатые сводники. Это война, сосед!, страница 13 – Лана Светлая

Он оборачивается. Смотрит на меня долго.

— Может, — отвечает на полном серьезе мужчина. — А может, тебе просто научиться признавать очевидное.

— Очевидное — это то, что ты плохо следишь за котёнком, — парирую я.

— А ты плохо следишь за енотом, — моментально прилетает ответочка от Марка.

Мы смотрим друг на друга. Напряжение между нами натянуто, как струна.

— Спокойной ночи, Катя, — наконец бросает он и выходит.

Дверь закрывается.

Я выдыхаю и, дойдя до дивана, медленно опускаюсь на него.

Маркуша подходит и кладёт лапу мне на колено.

— Даже не подлизывайся, — предупреждаю я его. — Сказала ведь. Неделю без вкусняшек.

Енот фыркает, будто говоря «Да щас».

— Ты понимаешь, что из-за тебя я выгляжу как сумасшедшая? — шепчу я.

Маркуша смотрит на меня с видом философа и посылом в черных глазенках «Зато весело».

— Весело будет, — обещаю я, — когда он в следующий раз придёт с ордером. А он придет, поверь мне, — пытаюсь запугать енота и тут же фыркаю, нервно засмеявшись.

Похоже, именно я перестаю дружить с головой.

Говорю всё это животному, которому глубоко плевать на мои слова. Он больше половины, если не всё, из того, что звучит из моего рта, не понимает.

Тридцатое декабря.

В доме за вчерашний день я навела идеальную чистоту, так что сегодня самое время заняться украшением дома к Новому году.

Поэтому утром, позавтракав, отправляюсь за главным символом этого праздника — ёлкой. И в этом мне поможет Тимофей Иванович, дедок, живущий в самом конце улицы. У него за домом целая плантация елей, которые он сам садит, а потом раздаёт соседям.

У нас весь посёлок знает, к кому идти, чтобы получить пушистую красавицу. Вот и я, заперев Маркушу в зале, отправляюсь к этому милому старичку. Само собой, не с пустыми руками: фрукты и упаковку чайного ассорти, который он так любит, упаковываю в подарочную коробку и даже красивый бант приклеиваю на неё.

Поменяв презент на маленькую ёлочку, которую сама же и выбрала, везу своё сокровище на санках, которые мне одолжил Тимофей Иванович.

Заходя во двор, кошусь в сторону соседнего двора. Мелькает мысль попросить Марка помочь затащить дерево, но тут же отказываюсь от неё.

Нет уж. Сама как-нибудь справлюсь. Я итак перед ним за Маркушу вроде как виновата. А стать ещё и должницей, прося о помощи — увольте.

Только собираюсь взяться за ствол дерева, как слышу гул машины. Удивлённо замираю, когда понимаю, что едут в нашу сторону. И невольно напрягаюсь, когда машина останавливается возле моего дома. Быстро направляюсь к калитке, которая тут же распахивается, и вижу сестру.

— Лика?! Что случилось?! — с тревогой восклицаю, оглашая своим ором всю нашу улицу. Благо, что людей на ней живёт мало.

— Ещё ничего, сестра, но я уже близка к тому моменту, чтобы что-нибудь сотворить. Для начала решила проверить тебя, страдающую в этом вынужденном заточении.

Фух… Я прям выдыхаю.

Подумала, грешным делом, что что-то с родителями случилось. Хотя, судя по её лицу, случилось. Вот только именно с ней. Она какая-то взвинченная.

— Лик, ну ты чего? Какое заточение? Я просто решила отдохнуть на свежем воздухе, что и тебе бы, смотрю, не помешало. Вид у тебя немного поюзанный.

— Это не только вид, Кать. Это состояние моей души, — эмоционально говорит она, что подтверждает мою догадку. Что-то у неё за эти дни произошло.