Книга Плохой для хорошей, страница 66 – Елена Безрукова

Назар поглядывал на меня, словно пытался считать с моего лица хоть что-нибудь, но лишних вопросов задавать не стал, за что я сейчас была ему благодарна. Объяснять что-то не было ни сил, ни смелости, ни желания, да и думать ни о чём, кроме мамы я сейчас не могла. Только и молила небеса, чтобы мы приехали быстрее, без приключений, сами никуда не вляпались бы и помогли ей.

Меня удивило, что Назар без лишних разговоров просто протянул мне руку помощи и повёз, куда я попросила. Не ожидала, что в такой ситуации рядом вдруг окажется именно он, и что он мне поможет.

Словно он — друг.

Словно ему не всё равно.

Словно он не такой уж и гнилой, каким я видела его в последнее время…

А может, это у меня на фоне нервов просто крыша уже прохудилась, и я вижу всё неадекватно и искажённо…

Неважно всё это сейчас.

Сейчас важно помочь маме.

Только не знаю, смогу ли.

Наверняка врачи заведут разговоры о платности лечения, а денег у меня нет.

И что я должна тогда говорить — пусть мама умирает?

Я просто не знала, что буду делать в случае, если доктора, к примеру, скажут, что требуется срочная и платная операция. Откуда я возьму деньги платить за неё?

Мне даже продать нечего больше. У нас ничего не осталось…

Только я сама.

Эти мысли, кажется, скоро сведут с ума меня.

Я как загнанный в угол лисёнок, который и ответить-то ничего обидчику не может, лишь тихонько рычит, раненный, надеясь, что противник его испугается или по случайности бросит и уйдёт…

Вскоре мы уже оказались возле стойки регистрации больницы.

— Нам нужна Ситникова Наталья, — сказала я регистратору, и она быстро защёлкала мышью в поисках нужной информации.

— Отделение реанимации, — подняла девушка глаза на меня, а мне стало дурно. Неужели всё так плохо? Я стала искать рукой опору, понимая, что в глазах всё плывёт, и я куда-то заваливаюсь опять.

Тёплая сильная рука поддержала меня за талию.

Назар прижал меня к себе, чтобы я не упала.

Я перевела мутный взгляд на него. Парень смотрел на меня, сведя брови вместе.

— А вы кто будете? — спросила медицинский регистратор у меня. — Посторонних сейчас к ней не пустят. Только близких родственников.

— Дочь, — выдавила из себя, ощущая, что словно не языком ворчала, а мешками с мукой — настолько он меня не слушался, буквы отказывались складываться в слова.

— Дочери можно, — кивнула девушка. Она обратила внимание на моё состояние — я цеплялась за Назара, борясь с темнотой, что утягивала моё сознание в незыблемость. — Вам плохо? Воды, может, дать?

— Н-нет… Как к маме пройти? Как найти в-врача… Её врача. Хочу поговорить.

— Ну, мама вам ничего сейчас и не скажет, — отметила регистратор. И мне стало ещё хуже, но я из последних сил заставляла себя держаться зубами за края сознания. Я должна всё выяснить, только я сейчас могу помочь маме. Хотя бы попытаться… Если я сейчас упаду в обморок, мы можем потерять драгоценное время. — Вам в любом случае надо искать лечащего врача. Мы вам звонили, вас ждут. Возьмите вон там в коридоре одноразовые халат, шапочку и бахилы. Оденьтесь и пройдите на второй этаж, скажите фамилию больной, и вас проводят к её врачу.

— Хорошо… Спасибо, — ответила я, и мы вместе с Назаром направились меня переодевать.