Книга Скрипка. Я не буду второй, страница 17 – Катя Хеппи

— А по тебе и не скажешь. Настоящий демон. Чёрный волосы, чёрные глаза и до ужаса скверный характер, — как же гневно сверкали глазюки девчонки, хоть она и кривила губы в ломаной улыбке.

— Ну, не сквернее твоего, ведьма.

— Была бы я ведьмой, давно уже собрала вертеп и превратила тебя в жука-навозника.

Твою мать, как же цепляло все в ней. И голос, и то, что она говорила.

Она язвила, а во мне вспыхивало что-то жуткое — охотничий азарт, поймать и проучить маленькую колючую выскочку.

Особенно когда я узнал, какой она может быть послушной.

— Всем доброе утро! — спотыкаясь ввалилась в кампус Герда, на ходу перебирая какие-то бумаги. — Девочки, у вас сегодня в двенадцать фотосессия в новом составе. Энн у тебя плюс к общей фотосессии, ещё и индивидуальная. Поэтому я предупрежу Рената, что ты сегодня пропустишь урок танцев.

— Котики, вы сегодня танцуете без меня, — хлопнула она сидящих рядом парней по плечу. — А я пойду мерить пенсионерские трусы. Версия 2.0. Женский вариант.

— А я без Скрипки хоть сосредоточусь на музыке, — решил я.

Только, видимо, что-то сломалось в моей системе.

Черт знает что, но я не могу не думать о Беловой.

Хуевый звоночек.

А то, что проблемы этой девчонки я воспринимаю как свои собственные, хуевый звоночек вдвойне…

Обычно я забиваю на проблемы других. Ведь это все усложняет. А я не люблю сложности и на дух не переношу тех, кто создаёт эти сложности мне.

Но Белова типа исключения из правил. И это чертовски напрягает, ведь исключения невозможно контролировать.

Да, блядь, что там контролировать! Из-за Скрипки я напрочь забыл обо всем, полностью погрузился в неё…

Я даже не хочу копаться в башке и искать логику в своих поступках.

Ее нет!

Там были сплошные чувства, дребезжащие как стекла.

И пусть Скрипка и говорила, что все в порядке. Но то, как она вцепилась в меня, говорило лишь о том, что она до смерти перепугана.

Нарезаю очередной круг вокруг обеденного стола. Понимаю, что поздно и пора ложиться спать, но ночь пугает.

— Тёплое молоко, — напоминаю себе и плетусь к холодильнику. Но так и не успеваю открыть его…

— Дан! — верещит Мия, влетевшая на кухню. — Там Энн… и лужа крови.

Дан

— Ты напугала меня, идиотка! — ору, влетев в женскую уборную.

— Со мной все в порядке, — заторможено говорит она, держа руку под струёй воды.

Бабы!

Солнцева так верещала, что я думал, что Беловой руку оторвала, а тут какая-нибудь царапина или того хуже заусеница.

Только вот, твою мать, даже видя, Скрипку стоящую в полном здравии, не могу уйти…

Нахмурившись, иду к ней. И где-то на полпути обмираю, холод пробирается под кожу.

Красные струйки одна за другой стекают над раковиной, а в отражение зеркала на меня смотрит моя загнанная дрожащая Скрипка.

Делаю шаг, но ноги не идут.

Херня какая-то.

Моё сердце напоминает сейчас тикающую бомбу, которая вот-вот рванет.

И она взрывается, когда Белова подаётся вперёд и прижимается лбом к висящему на стене зеркалу.

Не помня себя, несусь к ней.

— Энн, посмотри на меня! — ору, встряхивая её за плечи.

Она поднимает на меня затуманенные глаза и шепчет:

— Кровь не останавливается, придётся ехать в больницу.

— Я отвезу, — чеканю решительно, не отпуская её плечи.

Не уверен, что ей нужна моя поддержка, но мне нужно ощущение её рядом.