Книга Покровитель для оторвы, страница 35 – Елизавета Найт

— И?

— Я хочу пойти и мне нужны деньги, — на одном дыхании выдаю я.

После того, как карманник с дружком обчистили мой кошелек и разбили телефон, у меня нет ни того, ни другого.

Телефон мне, в принципе, обещали. Но временно я наказана. Бред!

С деньгами еще сложнее. Мой дедушка узнал обо мне, о Кате, почти перед смертью и стал искать. Он знал, что умирает и успел внести необходимые пункты в завещание. Но! Но из-за того, что я шпана необразованная, ко мне все по тому же завещанию приставили Дмитрия, типа чтобы я все не слила на какое-нибудь говно.

А по факту я просто живу у Димы дома. Ничего не решаю, хожу тенью, не имею права голоса ни в каких вопросах и без денег.

Даже единственный источник финансов в виде игры в карты с прислугой мне перекрыли. Да блин! А на что мне мороженное в парке покупать? Ну или сигареты?

— Исключено! — отрезает Дмитрий. — Ты никуда не идешь!

— Что? — я повышаю голос.

От возмущения я даже на носочки привстаю.

Неожиданно Дмитрий наклоняется. Его лицо оказывается всего в каком-то сантиметре от меня.

Голубые глаза смотрят мне прямо в душу. Мокрые пряди касаются моего лба, вызывая мелкую дрожь.

Его горячее дыхание опаляет мне щеки. В носу щекочет от терпкого запаха его парфюма.

Его взгляд скользит по моему лицу и замирает на губах.

Я неосознанно приоткрываю их и облизываю.

Его зрачок резко вспыхивает. На самом дне его зажигаются искры, такие знакомые и опасные.

Уже практически ощущаю вкус его губ.

— Ты. Никуда. Не идешь, — говорит он тихо, но каждое слово бьет по напряженным нервам. — Ясно?

Я неуверенно киваю. Сейчас я уже готова согласиться с чем угодно, лишь бы он прижал меня к себе и поцеловал. Как тогда.

Низ живота наливается расплавленным свинцом, влагалище сжимается. Я подаюсь вперед.

Отказал! Он мне отказал!

Зло чеканю каждый шаг, пока несусь по коридору.

Это же надо!

Вспоминаю последние секунды нашего разговора.

— Ты. Никуда. Не идешь, — говорит он тихо, но каждое слово бьет по напряженным нервам. — Ясно?

Сейчас я уже готова согласиться с чем угодно, лишь бы он прижал меня к себе и поцеловал. Я подаюсь вперед.

Но вовремя вспоминаю кто я и зачем я здесь. Неуверенно отшатываюсь и вылетаю за дверь, напоследок хлопнув ей со всей дури.

Надо что-то придумать и срочно. Нелли Эдуардовна сегодня до поздна на совещании. Дмитрий тоже куда-то собрался.

Я почему-то уверена, что он даст четкие указания прислуге и мужику на входе на счет меня.

Думай, Люся, думай!

Как я хочу погулять. Просто побродить по столичным улочкам. Поесть мороженного. Посидеть в парке. Покурить на лавочке. А еще народные гуляния. Концерт. Праздник.

Точно!

Резко останавливаюсь, не добравшись до комнаты.

Тетя Маша! Кухарка!

Разворачиваюсь на пятках и несусь в сторону кухни.

Там, среди вкусных ароматов и диковинных продуктов обитает она, повелительница еды!!!

Именно ее в первый день я перепутала с бабушкой. И именно она стала кем-то вроде моей крестной-феи. По бартеру, конечно.

— Теть Маш, — я залетаю на кухню и оглядываюсь. Лишние уши нам не нужны.

— Что опять натворила, окаянная?

Хоспаде, где Исаевы ее нашли? Так уже лет двести никто не говорит.

Но сказано это не со зла.

— Теть Маш, выручай, — плюхаюсь на стул и подхватываю румяную плюшку.

— Чего? — она хмурится. Но я знаю, что поможет.