Книга Покровитель для оторвы, страница 14 – Елизавета Найт

И почему-то мне хочется обнять ее еще раз и сказать, что я такая же как она. Просто чья-то тень…

— Она очень рада, что приехала к нам в гости, — в голосе опекуна слышу иронию.

— Да? — идеальная темная бровь ползет еще выше. А взгляд, обращенный ко мне, становится внимательнее. — Это ненадолго…

— Мама, — в голосе Дмитрия появляется предостережение.

Но эта холодная надменная женщина словно не слышит его.

— А почему она без обуви? И в твоем свитере? — кажется, Нелли Эдуардовна настолько поразилась моему виду, что даже повысила голос.

— Произошло недоразумение…

— Ой, даже два, — я перебиваю его.

«Бабуля» смотрит на меня с нескрываемым изумлением, словно я какая-то неведомая зверушка, которая вдруг заговорила. И вправду, она ведь до этого обращалась только к своему сыну, игнорируя меня.

— Сначала на вокзале карманник пытался меня обворовать. Но я бывалая, меня не так легко обшманать. Попробовал бы он проделать такое в детдоме. Там и по роже словить можно…

Эмоции бьют через край. Я захлебываюсь словами, выдавая свою историю. Краем глаза замечаю, как «бабулина» рука поднимается и опускается на грудь. В электрическом свете сверкает большой камень.

— А потом мусора пытались меня повязать. А ваш сын вроде как меня спас, но все равно сам хотел сдать ментам, — я бросаю торжествующий взгляд на опекуна.

Хрупкая ладонь поднимается с груди и делает пару элегантных жестов, обмахивая лицо. Что бы это значило?

— А еще карманник меня пырнуть пытался, но я его все равно вцепилась в него мертвой хваткой. Он меня в лужу повалил, но я держала.

В этот момент моей руки касается теплая сухая ладонь кухарки и сжимает. Поддержку она мне так выражает, что ли?

— Дмитрий… — голос «бабули» звенит.

— Спокойно, мама…

— А еще надо позвонить на ресепшн и попросить принести мои кроссы. А то я их там забыла, — и снова Дмитрий получает мой красноречивый взгляд.

— Куда позвонить? — Нелли Эдуардовна переводит абсолютно круглые глаза с меня на сына.

— Она так шутит, мама, — Дмитрий рывком поправляет мою сумку у себя на плече и подхватывает меня под локоть. Опять.

— Ай, куда ты меня тащишь? Я еще не все рассказала! — шиплю от боли, но топаю.

Оборачиваюсь и через плечо говорю «бабуле»:

— Там на низу мужик в костюме вам приветик передавал.

— Твою мать… — сквозь зубы цедит Дмитрий, практически заталкивая меня в дверь.

Открываю рот, чтобы сказать ему пару ласковых и… так и остаюсь с открытым ртом.

Огромная прихожая похожа на фойе в цирке. Нет, наверное, в театре.

Свободное пространство, полированное дерево, сверкающая люстра, живые цветы в вазах, огромный белоснежный ковер.

С ужасом смотрю на свои уже нечистые носки.

— Даже не думай их снимать, — шипит Дмитрий, словно прочитав мои мысли.

— И не собиралась, — бросаю в ответ. — А бабуля что, актриса?

— Что? — Дмитрия даже разворачивает.

— Ну у вас все в цветах. Ей на концерте задорили что ли?

— Нет, я не актриса, — позади меня раздается прохладный голос. — Я люблю живые цветы и ежедневно заказываю их из салона.

— Понятненько, — прячу руки за спину, боясь дотронуться до чего-нибудь.

— Дмитрий, проводи нашу гостью в ее комнату и зайди ко мне в кабинет, — Нелли Эдуардовна гордо вскидывает голову и разворачивается. Десятисантиметровые каблуки ее модных туфель стучат по паркету, гулко отдаваясь под высоким потолком.