Онлайн книга «Сбежавшая невеста для Грозного»
|
Он кивает. — Когда дело дошло до позывных, осталась только «Гроза». Для своих «Грозн», — его руки уверенно скользят по моему телу все ниже и ниже. Влажное полотенце уже смывает следы с моего живота и устремляется ниже. Испуганно вскрикиваю и стараюсь отодвинуться от края кровати. Стыд опаляет щеки. Еще ни один мужчина не дотрагивался до меня там. Кроме него. И вот сейчас снова… — Не бойся, — в его голосе проскальзывает хрипотца. — Я не обижу тебя. Не сделаю тебе больно. — Я… Я… — я не знаю, что сказать. Слезы снова накатывают на меня. Только сейчас я еще меньше понимаю, что со мной происходит. Страх, стыд, озноб и разгорающийся жар, благодарность — все это сливается в безумную какофонию моих эмоций и захлестывает меня. Я уже ничего не понимаю и не знаю, чего вообще хочу в этой жизни. Одна ночь с этим странным мужчиной перечеркнула все мои стремления. Первый раз в жизни я сижу и не знаю, что я хочу… Глава 35. Аглая — Зачем ты сбежала? — он продолжает медленно стирать влажным полотенцем следы нашей бурной ночи. — Чего тебе не хватало? Он задает неудобные вопросы в лоб. Но в его голосе нет больше злости и презрения, как и нет праздного любопытства. Поднимаю на него пытливый взгляд. Скольжу по его лицу, подмечаю сведенные на переносице брови, напряженно бьющуюся венку на виске. Он действительно хочет понять меня, хочет узнать меня ближе. Так мне кажется. — Я… я хочу вырваться из-под опеки родителей, — отвечаю неуверено. Не знаю, поймет он меня или нет. — Ты уже взрослая, — он пожимает плечами. — Сними квартиру, найди работу… Из моей груди вырывается нервный истеричный смешок. — Нет, это не про меня. Мне никто этого не позволит… — А снимать сторисы тебе позволяют? — в его голосе проскальзывает отголос прежней ненависти. — Мои социальные сети — это моя работа. Над каждым сторисом работает целая команда. Свет, звук, монтаж, заставка, сценарий. Есть специальные люди, которые подготавливают мне список того, что я должка купить, похвалить или попробовать в кадре. За все это заплачено или оговорено заранее. — И ты, конечно, не об этом мечтала, когда училась на журфаке МГУ? — Нет, — качаю головой. — Ты даже не представляешь, сколько трудов я вложила, чтобы доказать родителям, что могу заниматься хоть чем-то и что это принесет пользу нашей семье. А они выбрали это… — И это приносит пользу? — Это приносит деньги, делает меня узнаваемой, повышает мне «очки» респектабельности, — отвечаю грустно. — Я — личный бренд. И ко всему прочему, родители подобрали мне мужа. — И тебя это не устроило? — Нет. — А про родителей ты подумала? — спрашивает он строго. — Что твое бегство бросит на них тень? Что серьезные дядьки на твоей свадьбе теперь сто раз подумаю стоит ли связываться с твоим отцом? Что Омаров просто так не простит такое унижение? — Я не знаю, — обхватываю руками голову. — Я устала. Понимаешь? Устала! Он молчит, а я продолжаю. — Я устала жить по указке, «рекламировать» дорогие вещи, ходить с охраной и разговаривать только, когда меня спросят. Я люблю своих родителей, но я для них только товар, который можно обменять на выгодный контракт. А я хочу жить свободно. Без чужой указки. Я хочу плавать в Ла-Манше, хочу пить невообразимые коктели на пляжи Малибу, хочу повидать мир… |