Книга Бывшая будущая жена офицера, страница 40 – Елизавета Найт

Но меня коробит двусмысленность слов друга.

— Рассказывай, Серёг. Не зли меня!

— Я расскажу, — он щурит тёмные глаза. — Но я не понимаю, на хера это тебе сдалось! Сколько я тебя знаю, ты не бегал ни за одной юбкой. Ты вообще близко ни одну из них к себе не подпустил! А тут...

— Не беси меня, Серёг! — я закуриваю очередную сигарету. — Рассказывай!

Друг ещё пару секунд буравит меня своим тяжёлым взглядом, но не добивается ничего.

Я не собираюсь обсуждать с ним своё прошлое и личную жизнь. Тем более то, что касается Леры. Это личное. Это моё. Я всё ещё глотку готов перегрызть за неё любому.

Вообще не понимаю мужиков, которые жалуются на своих женщин друзьям и знакомым.

Сергей сдаётся.

Хмыкает и говорит.

— А нет у нас в части капитана Ваулина. Был, но перевёлся. Как раз успел перед известными событиями.

— Куда?

— А тут всё интересно. Нашёл себе тёпленькое место неподалёку.

— Интересно девки пляшут, — произношу задумчиво, возвращая на место телефонную трубку.

Полчаса назад я выяснил, что Ваулин не служит в моей части. Перевёлся.

Найти куда, тоже не стало проблемой. Все данные есть в кадрах.

Через коммутатор я связался с командиром той самой части, благо мы с Аббасовым даже пересечься успели пару раз.

Всё-таки главная часть снабжения в нашем военном округе. Перевод туда — однозначно тёплое местечко.

А с этого момента начинается самое интересное.

Да, Ваулин служит там уже почти три года. Но на хорошем счету не числится.

Наоборот. С недавних пор его заподозрили в крупных махинациях, связанных с продуктами питания, ИРП (индивидуальными рационами питания) для наших бойцов и нарушением сроков отгрузки и доставки всего необходимого для ребят за ленточкой.

Проще говоря Ваулин крысит у своих. Ворует ИРПшки и продаёт налево. И не просто пять-десять-пятнадцать штук. Он отгружает их кому-то тоннами! Сука! Тоннами! Индивидуальные рационы питания — пресловутые сухпайки, без которых наши парни там, на передовой вынуждены теснить врага на голодный желудок!

Это, блядь, не просто какая-то еда! Это, сука, суточный рацион. Сбалансированный! В условиях окружения он не просто силы поддержит, он жизнь может спасти! Потому что солдат и офицер боеспособным может быть только при хорошем питании!

Первое, что обеспечивается при марш-бросках и полевых выходах — это подвоз горячего питания! Сытый боец — боеспособный боец!

Блядь!

Сжимаю кулаки так сильно, что кожа на костяшках белеет от напряжения!

Я всегда знал, что Ваулин тёмная лошадка. Но чтобы настолько!

«Исаев, пока Ваулин у тебя в части, он должен остаться неприкосновенным!»

Блядь, от одной этой фразы Аббасова меня кроет.

Неприкосновенным? Эта мразь?

«Его ведут наши и особисты. Никуда он не денется. Ему пожизненное грозит за измену Родине! Домашнее насилие даже рядом не стояло!»

В тот момент я трубку так сжал. Что она чуть не треснула.

«Прикажи его жене забрать заявление! Он ничего не должен почувствовать! Особисты должны взять его с поличным. Ему через шесть дней возвращаться...»

Приказать Лере? Чтобы забрала заявление?

Ни за что!

Я видел, как её трясло, когда она выбежала от Пашки.

Я видел боль и отчаянье в её глазах.

Да я её тело видел! И этот синяк там был не единственный! Её тонкие руки всё сплошь в синих разводах после этого урода!